— Т. е. фактически партия встала на пути реформы?
— Да, я и тогда это понимал, и сейчас так считаю. Сванидзе об этом говорил в передаче, посвященной Косыгину. Алексей Николаевич был скромный человек, в свое время напуганный ленинградским делом, но специалист знающий.
— Вы с ним сталкивались лично?
— Нет, не сталкивался. В 1970-е гг. я работал в Сингапуре. Там в 1976 г. у нас произошел неприятный случай, когда в трудное положение попало сингапурское отделение советского Моснарбанка (Лондон). Убыток составлял, по оценкам, 350 млн долл. Высшие органы страны перепугались и решили устроить «показательную порку». Дело кончилось тем, что всех фигурантов дела отдали под суд. Зампреду Госбанка Балагурову дали четыре года, председателя Моснарбанка Шевченко освободили по амнистии, поскольку он был участником Отечественной войны, Скобелкина, члена правления Госбанка, осудили. Крепко досталось руководителю отделения Моснарбанка Вячеславу Рыжкову: отсидел 12 лет с гаком. На должность председателя Госбанка был назначен заместитель министра внешней торговли Владимир Сергеевич Алхимов, который внес свой вклад в развитие ЦБ, первым подняв вопрос о регулярности торговли золотом, а не только в неурожайные годы.
— А цюрихская история? В фильме «Кодекс бесчестия» ее достаточно сильно извратили.
— Вы знаете, руководитель банка Карнаух тогда упустил одну вещь. Понимая, что СССР, как золотодобывающая страна, заинтересован в высоких ценах на золото, он на рынке работал как «бык». Deutsche Bank такую же позицию занимал, как и Swiss Bank Corporation — один из трех больших швейцарских банков. Ну, а чисто экономически, когда цена на золото пошла вниз, он сел на позиции, хотя никаких злоупотреблений не было. Банк открыли по просьбе швейцарцев, которые предложили свой рынок как не менее значимый, чем британский, и наиболее дискретный — англичане все докладывали американцам. Правда, лет шесть банк почти не торговал золотом, потому что тогда мы продавали золото, только если появлялись проблемы в экономике.
Вообще, евродоллар сделали советские загранбанки — после войны мы боялись держать доллары в США. Свою роль в развитии рынка сыграли и кредиты для восточноевропейских стран, которые шли на крупные проекты.
— Не могли бы Вы дать прогноз относительно будущего мировой валюты? Каковы перспективы расширения рублевой зоны?
— 10 стран — членов СНГ создали Межгосбанк с капиталом в 5 млрд руб. в 1993 г. Из них половину вложила Россия, позднее капитал был увеличен до 20 млрд руб. Банк можно было бы активно развивать, особенно сейчас, когда у Минфина есть резервы для того, чтобы делать совместные проекты. Это позволило бы углубить экономическую интеграцию на постсоветском пространстве, и рубль мог бы постепенно превратиться в региональную валюту. Но ничего подобного не делается. Сейчас говорят: давайте превратим рубль в резервную валюту. На базе чего? Какие инструменты мы можем предложить владельцам рублей? Надо развивать торговлю на внутренней бирже, где иностранец мог бы за рубли купить те же нефтепродукты. Это все кудринские химеры, так же как прозвучавшее год назад предложение сделать рубль конвертируемым. Такого понятия на Западе уже нет. Конечно, объем торговли в долларовых расчетах уменьшается, раньше было там 75 %, сейчас только 48. А 30 % — уже в евро.
— Виктор Владимирович, что бы Вы сделали со Стабфондом, если бы имели возможность им распоряжаться?
— Честно говоря, я об этом не думал. Согласно международным правилам, золотовалютные резервы размещаются в легко реализуемых иностранных активах, например в долларах. Это не только депозиты в коммерческих банках, но и ценные бумаги казначейства. Так поступают все страны — держат значительную часть своих валютных резервов в долларах, хотя и формируют валютные корзины. Если мы частично будем использовать валютные резервы для внутренних нужд, их нужно просто из резервов вычеркнуть. На мой взгляд, это можно было бы делать при посредстве тех же загранбанков, которые с убытками для Центрального банка сначала отдали Правительству, а затем за полцены продали Внешторгбанку, чтобы повысить его капитализацию.
— Цель достигнута Костиным?
— Надо Костина поганой метлой оттуда гнать, рано или поздно он банк с сотоварищами посадит чисто по незнанию дела, не говоря о том, что загранбанки, купленные Внешторгбанком, иногда получали указание — дай кредит! А как дать, отвечали руководители загранбанков, он же не сможет вернуть. И в ответ: ну а тебе-то что, возьми свое и дай.
— Раньше это, кажется, называлось волюнтаризмом.
— Вообще, это называется воровством. Но можно было бы часть валютных средств, особенно из Стабфонда, направить на развитие. У нас все железные дороги в ужасном состоянии. А без транспортной сети какой рынок?