Какое слово изобразит, о, Богомати Дево, Твою богосиянную прекрасность; потому что то, что относится к Тебе невозможно представить ни в мыслях, ни в словах? Однако, при Твоем человеколюбивом допущении, это возможно воспеть; потому что Ты — и Вместилище всех благодатей и Исполнение всякой благородной красоты, и Скрижаль и одушевленный Образ всякого блага, и всей прекрасности, как единая удостоившаяся принять все благодати Духа; лучше же сказать — и единая имевшая чудесно обитавшего во чреве Твоем Того, в Ком — сокровища всех благодатей, и состоявшая чудесной скинией Его; и к Нему сегодня путем смерти в бессмертие отошедшая, и справедливо от земли на небо преставившаяся, дабы в пренебесных скиниях на вечные времена обитать с Ним, оттуда заботясь о наследии Твоем, и неусыпными молитвами к Нему умилостивляя Его о всех. Как из всех приближающихся к Богу Она — наиболее близкая, так и больших, чем прочие, Богородица удостоена достоинств, я имею в виду не только — больше прочих людей, но — и самых всех ангельских иерархий. Потому что, вот, о высочайшем из их чинов Исаия так пишет: «И Серафими стояху окрест Его» (Ис. 6:2); а о Ней вот, Давид говорит так: «Предста Царица одесную Тебе» (Пс. 44:10). Видите ли разницу положения? На основании сего можете заключить и о разнице в состоянии достоинства: потому что Серафимы — вокруг Бога; близ же Его Самого находится только всех Царица, Которой и Сам Бог восхищается и восхваляет Ее, как бы возвещая Ее окружающим Его (небесным) силам, и говоря, согласно реченному в Песни Песней: «Как прекрасна Ты, Ближняя Моя», светлейшая света, более исполненная цветения, чем — Божий рай, более прекрасная, чем весь видимый и невидимый мир! Не только же Она — близ Него, но, по справедливости и — одесную Его; потому что там, где Христос на небесах воссел, т. е. — одесную Величия, там и Она предстала, ныне взойдя от земли на небо; не только потому, что Она любит Его и исключительным образом взаимно любима Им, что следует на основании и самых законов естества, но — и потому, что Она воистину — Престол Его; а там, где воссядет Царь, там — и Престол Его стоит. Сей Престол и Исаия видел между Его херувимским хором и нарек его «высоким превознесенным», являя превосходство Богоматери над небесными силами. Посему и вводит самых, восхваляющих за Нее Бога и говорящих: «Благословена слава Господня от места Его» (Езек. 3:12). Патриарх же Иаков загадочным образом был зрителем его: «Яко страшно место сие», сказал, «несть сие, но Дом Божий, и сия Врата Небесная» (Быт. 27:17). Давид же иным образом изобразил это: сочетав в своем лице множества спасенных и употребив как бы некие струны или различные голоса, от различных родов приведенные Сей Приснодевой в гармонию единой веры, приступает к всегармоничной песни в восхваление Ее, говоря: «Помяну имя Твое во всяком роде и роде: сего ради людие исповедятся Тебе в век, и во век века» (Пс. 44:18).
Видите ли, что вся тварь славит Матерь–Деву, и не в проходящие лета, но во веки, и в век века? Из этого можно заключить, что ни Она не перестанет во все века благодетельствовать всей твари, и не только говорю в отношении нас, но и в отношении самих духовных и надмирных (ангельских) чиноначалий: потому что вместе с нами и они по причине только Ее являются участниками (обожения) и прикасаются к Божеству, к Сему неприкосновенному Естеству; это отчетливо представил Исаия: потому что он видел, что Серафим не непосредственно взял уголь с жертвенника, но взял при помощи клещей, при помощи которых коснулся и уст пророческих, дая (ему) очищение; сие видение клещей тождественно с тем великим зрелищем, которое видел Моисей: — купину огнем горящую и неопалимую. Кто же не знает, что Сия Девственная Матерь является и оной купиной и этими клещами, неопально зачавши Божественный Огонь, зачатию Которого служил Архангел, который посредством Нее сочетал с человеческим родом Этот Божественный огонь и этим отъял грех мира, и силою сего неизреченного соединения очистил нас? Итак, Она единая является границей между тварной и несотворенной природами, и никто не пришел бы к Богу, если только чрез Нее не был бы истинно озарен истинно божественным озарением; ибо говорится: «Бог посреде его, и не подвижится» (Пс. 45:6). Если же воздаяния бывают в соответствии с мерой любви к Богу, и любящий Сына бывает возлюблен Им и Его Отцем, и становится обителью Их Обоих, таинственно обитающих и ходящих в нем, согласно Владычнему обетованию, то кто возлюбил Его больше, чем сделала это Его Мать? И не только по той причине, что Он был единственным у Нее, но и потому, что Она единственная родила без супруга, так что Ее любовь заключала в себе двойную любовь, какую имеют и отец и мать к своему чаду [182]. И, с другой стороны, кто — больше Матери был бы возлюблен Единородным, и то — неизреченно произшедшим от Нее единой в последние времена, как Он предвечно произошел от единого Отца? Как ни быть умноженными сверх к подобающему расположению также и проявлениям долженствующей Ей, на основании закона, чести, со стороны Того, Который сошел для того, чтобы исполнить закон?