2. Воистину, Хананеяныня не только «вышла» из тех языческих пределов, но (можно сказать) и произросла как священная лилия из долин, словами, исходящими из ее уст, испускающая благоухание Божественного Духа. Потому что, если «никтоже может рещи Господа Иисуса, точию Духом Святым» (1 Кор. 12:3), то возымел ли бы кто сомнение в том, что язык Хананеяныни, именующий Его «Сыном Давидовым» и «Господом», и просящей Его милости, как у Имущего силу над бесами, ни был движим Божественным Духом? Поскольку «вера», как говорит Апостол Павел, (возникает) — «от слуха» (Рим. 10:17), а слух о Христе, как свидетельствует Лука, разнесся по всем окрестным местам, то найдя благозвучную струну [238] — Хананеяныню, чрез нее еще громче откликается отзвуком («эпихи»); потому что побудившись и уверовав и с горячностью прибежав, она становится явной [239] просительницей, а вместе и глашатаем, еще издали вопия: «Помилуй мя, Господи, Сыне Давидов, дщи моя зле беснуется». — «Она не ощущает своего несчастия; у меня же, переживающей это, сердце пылает от страдания, и я взываю о Твоей милости! Ты — Сын Давидов, сущий по плоти от его семени, Господь же — всех, как превечный Бог, и по Твоему допущению бес терзает мою дочь; если же, смилостившись, Ты склонишься к нам, этот слуга Твоего гнева немедленно покинет ее». Господь же не отвечал ей ни слова, желая, чтобы ее вера и добродетель стала еще более явной, как бы справедливо направляя ее так, чтобы она явила себя среди язычников, не только ради неверующих иудеев, но и ради язычников, привлекаемых чрез веру. Посему и когда Ученики говорили: «Отпусти ю (ее), яко вопиет в след нас», Господь сказал: «Несмь послан, токмо ко овцам погибшим дому Исраилева». Потому что, видя их отпадших от отеческого благочестия и добродетели, Он, что касается Него, не допустил Себе презреть их, ради их отцов, живших благочестиво. Посему, посылаемый Небесным Отцем, Он и пришел преимущественно ради них.
3. «Жена же пришедши», говорится, «поклонися Ему, глаголющи: Господи, помози ми». Когда она была далеко, она воплем умоляла Господа оказать ей милость; поскольку же ничего не достигла этим и Он даже не обернулся к ней, она, приблизившись, припадает к Его ногам и снова просит от Него помощи. Но и теперь он резко отсылает ее прочь. Но и в этом случае не пала духом эта женщина, воистину мужественная душою, но и сама ставя себя ни во что и слыша, что ее ставят наравне не только с бессловесными животными, но и животным грязным и диким, — как и вопль ее походил скорее на лай, чем на достойную человека речь, — она соглашается с этим и сама также ставит себя ни во что, однако не оставляет своей просьбы к Христу.
4. Научимся же из этого урока, как долженствует быть выдержанным в молитвах: с каким большим терпением, с каким большим смирением, с каким сокрушением (быть в наших молитвах). Научимся, что хотя бы мы были недостойны получить просимое и отосланы ни с чем, как загрязнившие себя грехами, однако не станем оставлять молитву, но, напротив, будем стойко держаться, в смирении прося из глубины души. Мы получим от Бога просимое нами. Потому что в ответ на слова Господа, сказавшего ей: «ты, женщина, — язычница; лучше же сказать: дерзкая и гнусная и нечистая собачонка! Не хорошо же взять хлеб у детей и бросить псам», — «Так», сказала женщина, смиряясь и сама признавая свою ничтожность и нечистоту и считая себя недостойной причастия и сопричащения Небесного Хлеба, сшедшего с небес (Ин. 6:33), молящая же (или: желающая) получить крохи, падающие из милости со стола наслаждающихся; «ибо и пси», говорит она, «едят от крупиц падающих от трапезы господей своих». И эти, воистину, мудрые и весьма благоразумные и смешанные со смирением слова женщины (как бы заключали в себе следующую мысль): потому что хотя я и язычница и признаю себя грешницей, однако и язычники пользуются от Бога заботой, по причине Его несказанного человеколюбия и благости, как, впрочем, и — все у Него грешники.
5. Но что — Оставляющий исповедающим грехи свои и нечестие сердец своих, как сказал, научив нас, псалмопевец–пророк? — принимает отверженную, очищает осквернившуюся, исцеляет и освящает вместе с ее дочерью и ее душу, и это делает, сопровождая похвалами, говоря ей: «О жено, велия вера твоя: буди тебе якоже хощеши». Этой великой вере была предоставлена сила, так чтобы между словом и исцелением не было промежутка: «И исцеле», говорится, «дщи ея от того часа». Марк же говорит, что Господь сказал Хананеяныне: «За сие слово твое изыде бес из дщери твоея» (Мк. 7:29); т. е. — за то, что ты так презрела себя и до такой степени смирилась, и несмотря на то, что была упорно отстраняема, не пришла в отчаяние и не была окрадена пониманием Промысла, но сознавала величину Моего человеколюбия и до конца стойко пребывала, с надеждой в смирении моля (Меня). Потому что: «Смиренным Бог дает благодать» (Притч. 3:34), как в начале мы и поспешили привести; и — «Смиряяйся, вознесется» (Мф. 23:12); и — «Смирися», говорит Апостол, «и пред Господом обрящешь благодать» (Иак. 4:10); но так же и: — «Всяк просяй приемлет, и ищай обретает, и толкущему отверзется» (Мф. 7:8).