16. Ужели все сбывающееся тогда не вызывало удивления — Как трехлетняя (Отроковица) всецело становится Предметом заботы Устрояющего лучшим промыслом все относительно Ее, и Сама от Себя сознательно выносит суждение между тварью и Творцом твари, и лучшую часть присуждает Лучшему [375], и Бога предпочитает отцу и материнским объятиям [376], и Божий храм и его Святителя ставит выше, чем домашние радости, все вменив за ничто, Бога же и (все) божественное поставив выше всего, посему и [377] радостно прибегла к сему. О Ней, вот, Пророк Давид вещал Богу: «Правда и судьба уготование престола Твоего» (Пс. 88:15); и: «Правда и судьба (суд) исправление (основание) престола Его» (Пс. 96:2). Поскольку и Она явилась одушевленный Престол Божий, лучше же сказать: это достоинство принадлежит только Ей: потому что, собственно говоря, когда говорится о невещественных, высочайших ангельских силах, это слово употребляется не в единственном числе, а во множественном; говорится: «Престолы» [378]; и посему более, чем оные Престолы, Она совершила и произвела основание великого суда и неизреченной правды. Таким образом, еще и до Своего рождения, Дева обладала прославленной и способнейшей выносить суждение волей («критикотатин гномин»), которую, и до того, как пришла в возраст, ныне явила всем, как незыблемейшую.
17. Что Моисей в этом возрасте не обладал способностью рассуждения, это и язык его, впрочем хотя и с трудом двигающийся, тем не менее, совершенно ясно возвестил (Исх. 4:10), сохраняя следы огня, которым, как говорится, испытывалась ценность золота в отношении пробного камня. Относительно же предстоящего мужества Ее души могли бы быть приведены известные добрые предзнаменования [379], но в отношении чудесности совершающегося (Введения Божией Матери во храм) и они, пожалуй, не подошли бы: потому что что значит для душевного расположения ребенка царский венец, украшенный листами золота и сияющими драгоценными камнями, в сравнении с теплотою материнских объятий и негой и заботой, которые Дева, единственная из всех в Ее возрасте, добровольно презрела? А то, чтобы в таком возрасте прибегнуть к Богу с непоколебимой любовью и пребывать наедине подвизаясь в сокровенных частях храма, как бы неизреченным образом совершая священное служение, этого нельзя сказать про него (Моисея), который, после того как перестал быть под покровительством фараона, обращаясь к людям, скорее испытывал страх, а не божественную любовь имел в себе, хотя уже много позднее, за совершение добродетели и подвиги в отношении нее и восшествие свое на гору к Богу, удостоился быть посвящен в образы Сей Девы и, содействуя, совершил то, что должно было быть приготовленным для Нее [380].
18. Но оставив его долу, вместе с рабами (Божиими), каким по справедливости он показал себя, возведем наше слово к тем, которые по своему собственному почину («автепангельтус») пришли к познанию Бога: мы восхищаемся Авраамом и знаменитым Мелхиседеком, которые сами пришли к познанию Бога, но это было тогда, когда они были уже в разумном возрасте и имели возможность созерцать сие великое свидетельство о существовании Бога, т. е. — сей великий мир, землю, все сущее на земле, смешение стихий, прекрасную симфонию, составленную из противоположных элементов, небо — сей великий предел [381], имеющий собранным в своих границах всю чувственную тварь, множество сущих утвержденных в нем звезд: разнообразие их и чудесное расположение; и не по прямой линии, и опять же не противоположное друг другу, но гармоничное и стройное и весьма целесообразное движение звезд; и в связи с этим движением расстояния между ними, собрания, стечения, углы смещения — и оттуда многозначущие положения, как говорят сведущие в этом деле; — и прочее все функционирующее по закону природы, что от века возвещает Бога, сущего над всем этим. Она же, ни на что из всего этого не бросив взора (потому что этого еще не позволяет такой младенческий возраст), познает Бога, и радуется будучи приводима к Нему; лучше же сказать — Она приступает по Своему собственному побуждению, как бы по самой природе окрыленная к священной и божественной Любви; и прекрасно тогда увидев Архиерей Божий: что — то, что едва было возможно достичь в редчайших случаях на протяжение многих древних веков для некоторых избранных, это самое Дева имеет в Себе от детства и будет обладать этим в течение всей Своей жизни, высоко поднявшись над всеми, (поэтому) и большего, чем было принято в отношении всех других людей, удостоил Ее и поселил Ее во Святая Святых, и всех тогда убедил с любовью согласиться на сбывающееся, при содействии и поддержке Божией, поступающего справедливейшим образом: потому что Она имела стать Его Избранным Сосудом, не как (ветхозаветный) Кивот, исполненный [382] теней и образов, но исполненный Самой Истиной, и долженствовавший пронести Божественное имя не пред царями и народами, как это позднее относилось к Павлу (Деян. 9:10), но — понести во чреве Его Самого, Бога и «имя — чудно» (Пс. 8:1), и таким образом это сделать, чтобы и вместо Савла явить знаменитейшего Павла, не уступающего ни одному из всех от века знаменитейшим мужам, и удостоенного со дерзновением пронести его (сие Божественное имя).