На фоне ее необоснованной эйфории я казалась мрачной тучей, заслоняющей летнее солнце.
Тучка с манной кашей и компотом пересекла столовую, царственно уселась за свободный столик и попыталась взглядом испортить некромантам коллективную трапезу.
Увы, но там, за общим столом любителей трупов, царила атмосфера праздничного сбора. Все передавали друг другу тарелки, шутили, пинались и смотрели на Мастера влюбленными взглядами.
Хотелось бы еще понять, чем вызвана эта массовая истерия в адрес Данте Праймуса. А то еще подхватим этот вирус и начнем молиться на глиняного божка с рожей некроманта.
Решка быстро прикончила свою порцию и вприпрыжку поскакала за добавкой. Я же пересчитала комочки у себя в тарелке и решила, что сегодня «Диета воина».
Нет, так дело не пойдет. Так мы ноги протянем быстрее, чем закончим обучение. А до Отбраковки всего ничего осталось.
Надо заслать старосту к ректору. Бюджет бюджетом, но не можем же мы, будущая боевая элита Староградской магической академии всеискусств, питаться как нищие на паперти?
Что дальше? Черствый сыр, хлеб с плесенью, сосиски?
Уже сейчас боевики в столовой следовали принципу: «Когда я ем – я глух и нем, а еще хитер, и быстр, и дьявольски умен». Водница Лаура, с которой мы штурмовали этаж некромантов, украдкой заедала манку печеньем, заныканным под столом. Неопалимый Тонг тренировался в умении бесшумно разворачивать контрабандную шоколадку. И только Решка радовалась ягодкам в некромантском компоте…
– Эй, Бешеная, чего загрустила?
Я стремительно развернулась и уставилась на аномалию, которая выглядела как драколич Данте Праймуса. Ящер восседал за нашим столом на низеньком табурете перед огромным блюдом печенья с шоколадной крошкой. С мерзкой улыбочкой этот гад макал в кружку кофе печенье и явно наслаждался эффектом, произведенным на неподготовленные массы.
Кофе… Печенье. Да я сейчас взвою!
– Все норм? – уточнил дракон. – А то со стороны выглядишь как поперхнувшаяся овца.
И, оттопырив мизинчик, этот эстет недобитый сделал большой хлюп из чашки. Да-да, не глоток, а именно хлюп. Мерзкий, долгоиграющий хлюп!
Убила бы! Да мертв уж.
– Где ты это взял?
– Где взял, там больше нету, – ухмыльнулся дракон.
Только теперь я обратила внимание на то, что его тонкие кожистые перепонки крыльев давным-давно сгнили, и если остальной массив некромант смог восстановить и нарастить плоть, то крылья не подлежали ремонту.
– Ух ты! Он разумный! – возрадовалась вернувшаяся к столу Решка.
– Он безумный, – припечатала я, демонстративно плавя вилку.
– Дамочки, не спорьте, – заявил драколич, салютуя чашкой. – Давайте сойдемся на мнении, что я просто классный.
Я бы поспорила с этим высказыванием, но банально не успела. На столешницу опустился поднос с тремя кружками, над которыми поднимался ароматный парок с запахом корицы и горечи.
– Эй! – возмутился Спайк, ставя свою кружку. – Ты что, не в курсе концепции глумления над обидчиками?
– Умолкни, – хриплый приказ и быстрый кивок нам. – Разбирайте.
С подозрением посмотрела на присевшего за наш стол некроманта, на кружки, снова на блондинистое и загорелое недоразумение.
Влад оделся, что не могло не радовать. Черные штаны, серый свитер грубой вязки, только подчеркивающий яркость голубых глаз. На фоне неброской, вытертой, линялой и знатно побитой временем и молью одежды остальных некромантов прям первый модник башни.
А я никогда не доверяла модникам.
– Ты туда плюнул? – Ткнула пальцем в подношение.
– Обижаешь. – Влад сел и забрал с подноса свой кофе. – Я некромант. Мне достаточно просто посмотреть, чтобы что-то протухло.
– Кофе! – радостно пискнула Решка и утащила кружку. – Мм-м… вкуснота. Спасибо, Влад. Кстати, приятно познакомиться. Я – Перпоцдра.
Печенье встало поперек мертвой глотки Спайка. Дракон судорожно закашлялся и принялся бить себя в грудь когтистой лапой.
– И прежде чем ты сделаешь ошарашенное лицо и переспросишь: «Как-как?», я с большим удовольствием повторю, – продолжила как ни в чем не бывало Решка. – Перпоцдра – первый поцелуй дракона.
Кашель драколича приобрел истеричный характер и стал больше напоминать смех престарелого курильщика.
– Еще у меня есть брат Препри – прекрасный принц и сестра Вздыхюндева[3]. Как видишь, принцип наречения в нашей семье прост и понятен.
– Креативно, – осторожно кивнул некромант.
– Не то слово, – просияла Решка. – Мой папа – военный, а мама – авантюристка!