— Надо быть очень сильным некромантом, Кейт, — тихо шепнул Влад, развернулся и пошел вниз.
ГЛАВА 5. Сплю на новом месте…
— Гори ты синим пламенем, Данте Праймус! — простонала я.
Желание растолкать локтями и магией очередь из желающих прибить главу отделения некромантии и дать коллекции ещё одну замысловатую вещицу росло с каждой минутой заселения.
Ребята решили не откладывать с этим в долгий ящик, и едва на пороге появилась я со связкой, призывно бренчащей на весь чердак, как боевики поспешили собрать вещички и перекочевать в более удобные для проживания места.
К слову, щедрые некроманты выделили нам аж целый этаж, где, вот так ирония, не оказалось ни одной целой комнаты! Ни одной, мать его, целой комнаты!
— Кейт, это нормально, что тут нет окон? — из комнаты показалась рыжая макушка старосты.
— Просто сверься с планом и проверь стены. Может, некроманты заложили их кирпичом, — обнадежила я, устало бредя по коридору.
— Кейт, у меня дыра в полу! — высунулся из своей комнаты Алик.
Так. Спокойно, Кейт. Сейчас не самое удачное время, что бы побиться головой о стену. Просто дыши и думай, как отплатить Праймусу за гостеприимство!
— Дыра сквозная или видна балка перекрытия?
Алик нырнул внутрь комнаты и уже оттуда крикнул:
— Вынужден тебя огорчить, я вижу внизу пыльную кладовку.
— Ну так выкинь из нее хлам и считай, что у тебя двухэтажные апартаменты. Или чини! Твердь ты или кто?
Судя по ворчанию, у Алика двухэтажные апартаменты. Ну и ладушки. Сейчас дойду до выбранной Решкой комнаты и…
— Хьюстон, у нас проблема! — заголосил кто-то с противоположной части коридора.
Я сделала глубокий вдох, послала во вселенную искренние пожелания сдохнуть Данте Праймусу и сжала пальцами переносицу.
Все будет хорошо. Все будет зашибись. Все точно будет…
— Кейт, тут кто-то оставил детскую куклу, привязанную к батарее… и она дерется!
— Кейт, в моей комнате огромная клетка. Скелеты выбрасывать или просто спалить?
— Кейт…
— Кейт… — неслось со всех сторон, пока я шла по коридору, помогая товарищам устроиться на новом месте, и копила негатив на Данте Праймуса, его зама Бендера и почему-то на Влада.
Да как этот загорелый грубиян посмел предположить, что я… Я! На минуточку, потомственный огненный маг с идеальной генеалогией, могу оказаться паршивым некромантом? Да как у него язык не отсох говорить такое?!
Из последней в коридоре двери выскочила румяная соседка.
— Кейт, я заняла для нас комнату! — крикнула провидица, хватая меня за локоть и втаскивая внутрь. — Посмотри, какие прикольные шторы — черные с черепами. Я проверила, в темноте они горят как ночник. А ещё вот, глянь на эти милые цветочки на подоконнике!
Решка оставалась дружелюбной оптимисткой даже в шесть утра. Даже после бессонной ночи. Даже в убогой комнатенке с подозрительной флорой.
У меня невольно дернулось веко, зато голос остался привычно властен и спокоен:
— Это гибрид хищной росянки с… с…
Гибрид выкопал из горшка два длинных корня, уверенно поднялся на них и бодро прошагал на другую сторону подоконника.
— Да ырка ведает с чем! — закончила я, закрыла лицо руками и опустилась на единственный стул в этой махонькой клетушке.
— Успокойся, Кейт. Хочешь, займемся дыхательной гимнастикой. Методичка, которую всучил нам Бендер, и правда очень занятная…
Я растопырила пальцы и с укором глянула на провидицу.
— Решка, ты сейчас не помогаешь.
— Тогда идем завтракать!
Я не нуждалась в завтраке. Я нуждалась в душе и хотя бы пятнадцатиминутном сне. На худой конец, в парочке пощечин, чтобы хоть как — то прийти в себя. А еще в кофе. Можно сразу вкачать внутривенно.
Но спорить с Решкой, когда та уже вцепилась в тебя двумя руками и, кряхтя, пытается стащить со стула, оказалось бесполезно. Вот почему я встала, потянулась, улыбнулась мыслям о мести поганым некромантам и поплелась в столовую.
Лучше бы осталась в комнате с хищной росянкой и подремала прямо на стульчике.
В столовой царило оживление. Это самое оживление создавала орава молодых некромантов, вылезшая из своих пыльных углов и склепов ради любимого Мастера. Ребята, что покрепче (то есть одинокий Влад), двигали столы, соединяя в один, слабаки суетились с тарелками, одна крохотная и худая девчонка орудовала черпаком, разливая по тарелкам нечто белое.
Я принюхалась и скривилась.
— Манная каша, — с отвращением выдавила я и пожаловалась соседке: — Не понимаю, чего они добиваются? Ждут, что мы психанем от этого жесткача и запалим их башню?