Для Эрика это было чрезмерным напряжением, его стало трясти.
Хейли взяла его за руку:
— Успокойся!
— Что случилось? — Зейн скрестил руки на поясе, за которым прятал наш пистолет.
— Камеры. — Рассел глазами указал куда-то под потолок.
Белые металлические камеры безопасности свисали с потолка, медленно поворачиваясь из стороны в сторону, как циклопы, озирающие свою пещеру.
— И ATM вон на той стене! — сказала Хейли.
— За кассой в отделе сексуального нижнего белья, — подхватил Зейн.
— Везде, — произнес Эрик.
— Ну и что, — возразил я. — Эти камеры никогда не разберутся, что происходит. Они ищут карманников и мелких магазинных воришек, а не сбежавших из дурдома психов.
— Но на них останется запись, что мы были здесь, — возразил Эрик.
— Если кто-нибудь когда-нибудь заметит нас на этих пленках, — сказал я, — мы уже давно будем далеко. Кроме того, если причин проверять пленки нет, можно считать, что нас здесь и не было.
— И все-таки мне это не нравится, — продолжал нервничать Рассел. — Не по себе как-то.
— Что будет с Америкой, когда внутренняя безопасность наконец-то действительно установит камеры слежения по всей стране? — спросила Хейли.
— Психиатрам вроде доктора Ф. придется придумывать новое определение паранойи, — ответил Зейн.
— Слишком поздно, — сказал я, ненароком отводя нашу команду под густую листву росшей в кадке пальмы, — всякий, кто еще не совсем свихнулся, уже параноик.
— Вот про что пели «Энималз», — сообщил Рассел. — Пора убираться отсюда подальше.
— Мы так и не купили то, что нам нужно! — сказал Зейн.
— Этот товар они еще не получили, — сообщил я. — Зато теперь получат нас.
— Мы здесь всего полчаса! — сказала Хейли.
— Пора.
Я зашел в будку с вывеской «Информация».
— Что бы вы хотели узнать? — спросила седая информаторша.
— Все, — ответили. — Или — как побыстрее добраться до самой большой стоянки.
— Ближайший выход — через круглосуточную аптеку.
— Могли бы и сами догадаться, — прошептал Рассел.
Мы пошли в указанном направлении, пока не заметили аптеку: она помещалась рядом с отделом, где продавали футболки, мячи, куртки с эмблемой «ВИАГРА» и кроссовки.
— Туалеты должны быть рядом со спортивным отделом, — сказал я. — Это самое посещаемое место.
— Угнать машину со стоянки мегамаркета — плохая идея, — покачал головой Рассел. — Даже если не брать в расчет, что тебя могут заснять. Невозможно предсказать, когда владелец выйдет, обнаружит пропажу, позвонит девять-один-один и они отследят тебя по системе. Угнать машину, пока еще светло…
— Это шанс, — возразил я. — И потом — хочешь не хочешь, а надо отсюда выбираться.
— Аминь, — сказал Эрик.
Зейн покачал головой:
— Посмотрите, как у вас всех трясутся руки. Сначала надо подкрепиться.
Бутылка воды из автомата. Хейли хорошенько встряхнула школьные таблетки, хранившиеся у нее в баночке, которую она позаимствовала у Жюля. Рассел единственный взял больше трех таблеток, четвертой оказалась маленькая и белая. Хейли улыбнулась мне, когда он заглотил ее. Я был в таком смятении, что даже не ответил ей кивком или ухмылкой.
— Надо выбираться, — повторил я, когда мы вошли в аптеку, пропахшую лекарственными сиропами, бросив взгляд на ряды, заваленные памперсами для взрослых, прокладками, противомоскитными средствами. Оказавшись в ослепительно ярком освещении, я почувствовал резкий приступ дурноты. — Хватайте все, что нам нужно, я подгоню тачку.
— Взламывать замки — это же не твое дело, — хотел было остановить меня Рассел.
— Век живи — век учись.
Зейн сказал:
— Пусть хоть Эрик…
— Эй! Я должен выбраться отсюда, и выбраться один!
И я ринулся на воздух, к стоянке.
Розовые тени смягчали длинные лучи послеполуденного солнца. Я изо всех сил старался держать себя под контролем. Выглядеть как обычный покупатель.
Тут должно быть не меньше двух тысяч машин. Мне пришлось сначала подняться, потом снова спуститься. Я проверил все джипы военного образца и мини-фургоны. Все дверцы заперты наглухо.
Народу на стоянке почти не было. Казалось, людей прямо из машин втянул в мегамаркет какой-то установленный внутри пылесос размером с мамонта. А может быть, гудение этого пылесоса и создавало консервированную музыку, корежившую песни нашей молодости?
«Да, тут не без пылесоса, — подумал я. — Мне все еще слышно его гудение сзади. А теперь сосредоточься».
Какую машину угнать? Пятеро человек вряд ли усядутся в эту красную «тойоту». У мини-фургона со стикером на бампере «Футбольная мамочка» была слишком низкая посадка, дверцы заперты; кроме того, от него воняло прошлогодними подгузниками и свежей жевательной резинкой. Дверцы золотистого джипа тоже были заперты… но окно водительского сиденья приспущено на несколько дюймов! Может…