— А ты как забыл?
— Очень просто. Поймал тварь и казнил.
— Казнил? — не ожидавший такого ответа Сашка весь подобрался. — Как это?
— Свернул суке шею, — повернулся к нему и не смог не заметить, как побелел парень. — А потом забыл. Уже на следующий день. Но тебе этот вариант не подходит. Так что, просто забудь. Завтра вечером отвезу тебя в одно место, где очень хорошо стирают память.
Сашка никогда не мог даже подумать, что его идеал — такая, как все… Обычная.
Или шлюха, как выразился Руслан, во что верить панически боялся. Но увиденное лишь подтвердило эти слова.
Нет, разумеется, Лена не перестала ему нравиться. Даже хуже… Он захотел её. Осмелился. Если раньше запрещал себе об этом даже думать, то теперь полная грудь и красивые длинные ноги, которые так плохо скрывало полотенце — то и дело всплывали в подсознании яркими картинками.
А ещё, он злился. Сильно. Стоило представить только, как Руслан — здоровенный мужик трогает её… У Саши срывало тормоза. Хотелось вернуться к Лене и сделать то, после чего она поймёт — кто должен быть её мужчиной. Впервые он позволил себе об этом думать и это сводило с ума.
Ненавидел Руслана за то, что трахал его идеал. Ненавидел Лену за то, что так и не перестала мерещиться на каждом шагу. Ненавидел даже себя за то, что слабак.
И самое страшное…
Он не знал, что делать с увиденным. Рассказать маме? Сделать ей больно?
Но зачем? Зачем портить ей жизнь этой грёбаной правдой? Кому станет легче от этой правды?
Но, с другой стороны, как он может сделать вид, что ничего не произошло? Как смотреть в глаза матери и лгать?
Взглянул на Руслана, что спокойно вёл машину, ловко управляя одной рукой. Он не боялся, что Сашка раскроет его тайну — факт. Ему от этого ни холодно, ни жарко. Соответственно, он уверен, что мать его простит. Возможно, так оно и будет.
И завидовал Дигоеву. Этот осетин нравился ему своей силой, умением прогибать мир под себя. И Сашка многое отдал бы, чтобы стать таким же.
Сильным, могущественным, любимцем женщин и победителем всегда и во всём.
Но присутствовал теперь и страх. Не за себя, нет. За мать. Ведь если Руслан убил ту, что предала его… То откуда уверенность, что он не навредит матери? Ещё одна причина, чтобы заткнуться и никогда не посвящать маму в страшную тайну.
— Соберитесь, скоро заеду за вами, — Дигоев был краток.
Отчего-то опять не в настроении. Хотя мне как-то плевать. Всё равно. Абсолютно. Я устала от всего. От него. От капризов дочери, которую словно подменили. Постоянного отсутствия сына, что практически переехал на стройку.
Я хотела поднять голову. Правда хотела. Только из меня вынули хребет. Чтобы не дёргалась. Я понимала, что теряю детей. Осознавала, что больше не авторитет для них и даже не друг. Другом и авторитетом для них стал Руслан. В глазах дочери я видела до сих непонятную мне любовь к нему. А в глазах сына… Восхищение. Он даже повадки его начал перенимать, что пугает меня до невозможности.
Я всё это видела… И с ужасом ждала того дня, когда окончательно потеряю своих детей.
А Дигоев упивался своей властью. Ему нравилось проводить время с моими детьми. Разумеется… Они ведь ловили каждое его слово. А меня, словно не было. Я отдала все свои права ему. Этому ублюдку, что как вирус заразил мою семью, заполнил собой все клетки.
— Веснушка моя, — прошептал, склоняясь к моим губам и, коснувшись их своими — горячими и влажными — заглянул мне в глаза. — Поехали, у нас сегодня небольшой праздник.
Небольшой праздник или большой — мне всё одно. Наплевать. Но я изобразила улыбку, услышав радостный визг дочери, которая уже неслась встречать Руслана.
— Папа пришёл! — на что я, отвернувшись, закатила глаза. — А какой у нас праздник?
У НАС.
Без ножа резало такое отношение к нему. Я чувствовала себя чужой в своём доме. Рядом со своими детьми.
— А какой ты хочешь? — он держал Ксюшу на руках, а та обнимала его за шею, блаженно улыбаясь.
— Я хочу Новый год!
— Нет, Новый год будет через восемь дней. К тому же, он не может быть чаще одного раза в год.
— Тогда день рождения!
— День рождения? Ты хочешь стать старше на целый год?
— Нет, я хочу поскорее вырасти. Мне надоело быть маленькой. Я хочу стать такой красивой и умной, как мама.
Я улыбнулась. Я вызываю у дочери восхищение… Надо же.
— Обязательно будешь. А теперь беги, собирайся, — опустил Ксюшу на пол и шагнул ко мне.