Мелкая спала, свернувшись клубочком и я невольно улыбнулся. Не знаю, что делает со мной эта девчонка, но то, что рядом с ней я превращаюсь в кисель — факт.
— Подъём! Алкаши просыпаются! — пробасил ей в ухо и мелкая вскочила, как ошпаренная. — А ты иди, кофе мне сделай, подружка, — зыркнул на малолетнего педика и тот испарился.
— Как ты меня нашёл? — потерла глаза и натянула одеяло до подбородка, взирая на меня не то с обидой, не то с укоризной.
— Я всегда тебя найду, где бы ты не спряталась, — потрепал её за щёчку и Ксюша улыбнулась.
— Всё равно ты гад.
— Знаю.
— А пришёл зачем?
— Подарок тебе привёз. А если будешь себя хорошо вести, то ещё и в нашу кафешку отвезу.
У меня, правда, вчера были другие планы. Хотел её в Милан за шмотками свозить. Вроде бабы кайфуют от этого. Но после её выходки, пусть и за это будет благодарна.
— А подарок где?
— В окно глянь.
Наверное, любая другая девушка на моём месте послала бы его в задницу. Мне же, неправильной, стоило только увидеть его лицо, чтобы растерять всю свою злобу и обиду. Для меня Рус особенный. Тот, на кого невозможно злиться. Тот, от которого невозможно отказаться. Для других же он чудовище. Так оно и есть, в принципе. Только я люблю это чудовище. И не важно, что он делает или говорит. Я готова прощать это чудовище вечно.
Всё-таки Марик был прав, когда говорил, что Руслан не сможет жить без меня так же, как и я без него. Жаль только, что любовь у него другая…
Укуталась в одеяло и под пристальным взглядом чёрных глаз поковыляла к окну. А там, внизу у подъезда, меня ждала роскошная красная «Ауди» с блестящими «колечками», перевязанная розовой лентой с огромным бантом.
— Это… МНЕ?! — повернулась к Русу и по его довольной ухмылке поняла — мне.
— Но без меня пока не будешь ездить. Не хватало ещё, чтобы бошку себе расшибла, — проворчал наигранно строго, что не могло не вызвать у меня улыбку.
— Я тебя обожаю, Рустик! — кинулась ему на шею и так повисла.
— Я тоже тебя люблю, мелкая, — поцеловал меня в щёку, а я зажмурилась от щемящей радости и удовольствия. — Ну что, едем трескать мороженое? Но учти, твою подружку я не возьму. Не хватало мне ещё петушат по кафешкам возить, — Руслан, такой Руслан.
— Доброе утро, — девушка пощекотала его острыми ноготками и залезла сверху, покачивая обнажёнными грудями без всякого стеснения.
Саша улыбнулся и, положив ей руку на затылок, надавил вниз. Прошёлся губами по тоненькой шейке и, перевернув её, уложил на спину.
— Ну привет, — промурлыкал с довольной улыбкой и хотел было отбросить мешавшее одеяло в сторону, чтобы продолжить утреннее приветствие.
Но Малика — так звали восточную красавицу, племянницу Руслана — неожиданно погрустнела и увернулась от поцелуя.
— Ты меня не любишь!
Саша хмыкнул и упал на спину. Он и не говорил ей никогда, что любит. Потому что не любит. И не скрывал этого никогда.
— Ты решила поскандалить? Если так, то можешь одеваться и проваливать.
— Ты снова назвал меня ночью Машей! Мне это надоело! — и наигранно всхлипнула, что дико раздражало Сашу.
— Переживешь! — поднялся с постели и пошёл в душ, а девушка мигом вытерла слёзы и бросилась к тумбочке, где лежал его телефон.
Время от времени она проводила такие «проверки», о чём Саша не догадывался, иначе, просто выкинул бы Малику из своей жизни. Правда, это было бы лишь поводом.
Саша встал под горячую воду и, уперевшись ладонями в стенку душевой кабины, закрыл глаза, позволяя обжигающим струям забрать усталость и дурные мысли.
Сколько лет прошло… Ему уже двадцать пять. А до сих пор так и не смог наладить свою жизнь, мучаясь и истязая себя ежедневно. Он так и не смог найти Машу, которая так сильно запала в душу. Саша человека ради неё убил, а она… Дрянь. Вырвала из его груди всё хорошее, что там было и ушла, оставив его с дырой вместо души.
Как оказалось, не так-то легко найти девушку, о которой ничего не знаешь. Тем более, в большом городе. Тем более, без поддержки Дигоева. Последний наотрез отказался заниматься поисками какой-то шлюхи и Саша его прекрасно понимал. Он уже смирился с тем, что никогда её не увидит, только вот сердце не хочет слушать доводы разума.
Парень вышел из душа и начал одеваться. Теплые руки Малики обвили его торс и обнажённая, она прижалась к его спине.