Павел закончил свою скорбную работу, установив на могиле самодельный крест из толстых берёзовых стволов, на котором написал: "Борин. Пилигрим. Мир праху его." Затем он в последний раз поклонился другу и наставнику и подошёл к девушке.
-- Пошли, время не ждёт. И хватит прикидываться, будто ты речь человеческую не понимаешь, мы тебя давно раскусили.
Он повернулся и зашагал в назад, в ту сторону, откуда они пришли сюда. А куда было ещё идти? Будь он один, продолжил бы поход, а с этой не пойдёшь искать базу предков. И оставить тут не мог. Одного попутчика он уже потерял, а девица точно умрёт от голода, хоть и чужеземка, а всё равно жалко, живая ведь. Надо добраться до Ираха, а тот уж посоветует, как быть.
Надинария едва поспевала за ним. В душе девушки смешались страх, обида, непонимание и лёгкий бриз надежды. Что дальше делать она не имела представления.
* * *
На закате они пришли к дому Ираха, но их встретила приколотая ржавым сломанным ножом короткая записка.
"Ушёл. Если нужен, спросите Борина, бродячего пса. Или пишите тут."
И тут не повезло. Где искать старика, Павел не имел понятия. Ладно, решил он, переночуем здесь, надеюсь, хозяин не обидится. Тут можно и девицу эту травоядную накормить, где находится погреб с припасами и огород, парень знал. Внутри было прохладно, влажно, запах жилья на удивление быстро выветрился, будто дом знал, что его покинули навсегда и тосковал по хозяину.
Парень принёс пару свеклин и несколько морковок, затопил печь и показал овощи попутчице:
-- Варить?
Она молча кивнула.
В погребе нашлось копчёное мясо, солёные огурцы и немного картошин. Роскошное угощение.
-- Чего расселась? - довольно резко обратился он, - давай, помогай.
В четыре руки они довольно споро приготовили трапезу и сели за стол при свете восковых свечей. Ирах держал пасеку, воск и мёд у него были в достатке.
-- Как вы догадались, что я вас понимаю?
-- Первым Борин, земля ему пухом, заметил по твоим глазам , а потом и я заменил странности, обратил внимание, как ты слушаешь, когда мы разговариваем, особенно, если речь о тебе идёт.
-- А почему тогда сразу не сказали?
-- Как наставник сказал, чем бы дитя не тешилось. Ты хотела поиграть в непонимайки, мы подыграли. Не знали мы тогда, что вот так всё сложится.
-- Да уж, я тоже не думала, что меня свои же захотят убить, такого у нас не бывало. Ничего не понимаю.
-- Ничего не скажу, тайны вашего племени скрыты от нас. Люди друг друга не убивают, нас и без того мало, да ещё и вы со своими запретами и огнемётами, сотнями невинных убиваете.
-- Да нет же, - возмутилась Надинария, - экологи только следят за плантациями и выбирают места для расширения. Случай с той деревней исключение, там внешняя охрана действовала, как и сегодня. И искали они в вашем стойбище не меня, как вы подумали, а лучемёты, ну, оружие, которое на планетолёте было. Нельзя допустить, чтобы в руки дикарей такие опасные вещи попадали.
-- Похоже, ты ничего не знаешь. Или врёшь. Только в прошлом году сожгли три деревни вместе с детьми. Эта -- четвёртая. Я считать умею, вы при мне убили четыре сотни и ещё два десятка человек.
-- Этого не может быть, мы прибыли сюда с миром.
-- И мирно убили Борина, вместе с селянами.
-- Это случайность, на его месте должна была быть я!
-- Наставник спас наши жизни, а сам принял мученическую смерть, как настоящий пилигрим.
-- Поверь, мне жаль, что так вышло, но ничего уже не изменишь.
Какое-то время они молчали, в доме слышно было только тихое потрескивание свечей. Каждый думал о своём, но всё равно судьбы их отныне переплелись, оба это понимали, но что это значит и что будет дальше, скрывалось за туманом таинственного будущего.
-- А что со мной дальше будет? - нарушила тишину девушка, - куда я теперь?
-- Не знаю, - со вздохом ответил парень, - никогда ещё такого не случалось, чтобы быки среди нас жили.
-- Этурлоги, - поправила его Надинария, - так называется наш народ. Быки это ваш тягловый и мясной скот.
-- Надо записать, а то забуду, неровен час. Нам-то откуда знать, вы же с ними не разговариваете.
Павел написал в тетради незнакомое слово чуть в стороне от рассказа о гибели Борина.
-- Если честно, - продолжил он прерванную мысль, - я надеялся получить совет у старика Ираха, но он ушёл. Нам его не найти в лесу. Наставник знал, где искать, но он уже никому не подскажет.
-- Ты сказал, что там написано, что ему можно оставить сообщение, значит, он сюда вернётся. Остаётся только подождать. Здесь есть кров и пища.
-- Ирах не просто так перебрался в другое место, не по стариковской прихоти. Значит, тут может быть опасно.
Единственную деревянную кровать Павел уступил девушке, а сам принёс охапку соломы и неплохо устроился на полу. Сон не шёл. Память упорно возвращала его к событиям прошедшего дня. Сегодня он потерял друга, да ещё и с этой, как их, этурлогой связался, вон, сопит уже, спит сном невинного младенца. И что дальше делать? Здесь тоже не стоит задерживаться, быки могут вернуться. Остаётся единственный вариант -- вернуться на базу и у главного инженера спросить совета. Её туда нельзя вести, но и бросить невозможно, Всемогущий заповедовал помогать ближнему своему. Значит, на том и остановимся: идём у базе, а потом её где-нибудь оставлю на час-другой, ничего не случится, подождёт.
Поднялся Павел спозаранку и начал готовиться к предстоящему походу. Еды у Ираха вдоволь, но воровать парень не стал, вместо взятых продуктов оставил два топора, которые припас на всякий случай для торговли в дальних пределах. В основном он брал овощи, лишь немного мяса для себя. Он-о и охотой прокормиться вполне сможет, а девица точно нет. Получилось два рюкзака. Большой для него и поменьше для этурлоги. Так же он нашёл несколько мужских кожаных костюмов, какими пользовались пилигримы, прочные и удобные. Пусть подберёт себе по размеру, не дело в подштанниках по лесам разгуливать.
Парень разбудил девушку и отправил её одеваться в поход, а сам принялся готовить обильный завтрак, поесть перед дорогой стоило основательно.
Надинария вышла к столу в шикарном наряде пилигрима, даже сапоги нашлись по размеру, у Ираха оказалась довольно маленькая нога. Искусство наматывать портянки девушка уже успела освоить.
* * *
В пути они были немного дольше, чем рассчитывал Павел, но всё обошлось без приключений и тревог, в посёлки они не заходили, неизвестно, как бы там приняли пришельца, рисковать не стоило, а запасов еды хватило с лихвой, Надинария оказалась не такой уж и прожорливой.
Наконец перед взором парня показались родные, знакомые с раннего детства места. До базы и посёлка оставалось чуть больше четверти горизонта, при их темпе движения, всего чуть больше получаса. За время похода Павел освоил новую для себя систему измерения времени: часы, минуты и секунды. Непонятно, зачем это надо, но всё равно, нужно же было чем-то занять себя по дороге.
Здесь, как раз по пути, есть одно местечко, его собственная "деревня", малышами они убегали сюда и строили шалаши, играли во взрослых, а Паша даже обустроил "кузницу", вырыв в сыпучем песке склона просторную пещеру, в которой они могли прятаться от врага, места хватало всем. Именно там он и хотел оставить девушку. Странно только, что ребятишек не видно, в такой погожий денёк всегда сюда играть прибегают. А с другой стороны и хорошо, её спокойнее будет, да и лишние глаза не увидят.