В замке Мухран-Батони все с любопытством следили за Давидом, чтобы проверить правильность ходивших о нём слухов, но не могли заметить ничего плохого. Приехав в Тбилиси, Иоанн Мухран-Батони поклялся Анне, что все слухи о болезни царевича — ложь и что лучшего зятя нельзя и пожелать. Он уговаривал Анну поскорее обвенчать внучку, так как Анна всё ещё раздумывала, справлять ли свадьбу до наступления поста или отложить её ещё на год. Царица Дареджан советовала ей в этом году устроить только обручение, а свадьбу отложить до следующего года.
Анна готова была уже согласиться с царицей, но однажды вечером прибежала к ней её верная служанка Гульвардис и сообщила ей, под секретом, важную новость. Она рассказала, что по пути в казнохранилище, где у неё было какое-то дело, она услышала за занавеской, в одном из дворцовых переходов, шёпот: «Милый». Узнав по голосу Анико, Гульвардис осторожно заглянула за занавеску и…
— Боже милосердный, — перекрестилась Гульвардис, — что я увидела…
— Что ты увидела? — с замиранием сердца спросила Анна и тут же добавила с отчаянием в голосе: — Нет, нет, лучше не говори!.. Это был он? Да? Говори, что же ты молчишь?.. — Голос её перешёл в хриплый шёпот, она почти задыхалась, — Это был он, да?.. Что было дальше? Говори же!
— Да, это был он, госпожа! Анико обнимала его за шею…
Анна с таким отчаянием впилась ногтями в руку служанки, что разодрала ей кожу до крови. Гульвардис терпеливо вынесла боль и попыталась успокоить госпожу. Анна строго приказала ей повторить всё подробно, с самого начала. Гульвардис нечего было добавить к своему рассказу, так как Бесики и Анико тотчас же расстались. Бесики сам снял руку Анико со своей шеи и сказал, что это безумие, что, если их застанут здесь, они погибли.
— Это всё?
— Всё, клянусь вашим счастьем! Я стояла за колонной, но они меня не заметили. Расставшись с Бесики, Анико пошла в сад, а он направился, кажется, в Тайный совет.
— Хорошо, — кусая губы, произнесла Анна. — Хорошо. Всем, кто сегодня захочет видеть меня, скажи, что я нездорова и не принимаю. Анико удали от меня на эти два дня, чего бы это ни стоило. Скажи, что бабушка приказала ей поехать в Сачино навестить царицу Дареджан. Принеси мне бумагу и перо, я хочу написать письмо к Мухран-Батони…
— Но ведь князь Мухран-Батони находится в Тбилиси! Он приехал сегодня!
— Он здесь? Тем лучше. Передай ему, что я прошу его пожаловать ко мне. Свершилось то, чего я боялась! Но мы ещё посмотрим! Не всегда же мне покоряться своей невесёлой судьбе! Ступай, исполни моё приказание.
Иоанн Мухран-Батони приехал в Тбилиси ради столь важных дел, что ему было не до совещания с Анной. Он должен был срочно ехать в Ахалцих.
События, развернувшиеся в Имеретии, и безрассудные действия генерала Сухотина окончательно убедили Ираклия в необходимости искать путей для заключения мира с турками.
Появившись в Имеретии, Сухотин немедленно стал готовиться к наступлению на Поти. Царь Соломон советовал ему отложить поход до осени, опасаясь, что русские солдаты не выдержат нездорового климата болот летней порой, но Сухотин и слышать об этом не хотел.
— Вы не знаете русского солдата. Он всё выдержит — ему нипочём малярия и знойные болотные испарения, — уверял он Соломона.
И генерал немедленно двинул на Поти всё своё войско, которое Тотлебен сдал ему в столь плачевном состоянии, что трудно было угадать в его солдатах части регулярной армии. Оборванные, босые, голодные солдаты едва передвигали ноги. Правда, Сухотин распорядился накормить солдат, починить их рваную одежду, обул одних в чувяки, других — в каламаны, но едва только войска Сухотина окружили Поти и приготовились к бою, как почти все солдаты заболели лихорадкой и дизентерией. Сухотин предполагал овладеть Потийской крепостью в десять дней, но прошёл уже целый месяц, а город всё ещё не был взят. Тем временем лихорадка уничтожила более восьмисот солдат. Генерал был вынужден вернуться назад. После этого русское войско потеряло боеспособность: почти все солдаты были больны и не могли передвигаться. А те, кто ещё сохранил способность двигаться, разбежались. Сухотин убедился, что он ничего в Грузии не добьётся, и стал готовиться к возвращению в Россию.