— Вик, не выноси мне мозг! Мы с тобой сколько вместе? Три года? Что за вопросы? — фыркнул я.
— Иногда мне кажется, что я нужна тебе только для секса, — обидчиво проговорила она, и голос задрожал. Началось, блядь.
— Детка, а ты кроме телефона хоть что-то вокруг себя замечаешь? Например, какой кофе я люблю?
— Ты не пьёшь кофе!
— Американо, двойная порция. — Я ухмыльнулся. Смотрю — губа у неё уже дёргается.
— Хочешь сказать, ты на самом деле...
— Просто не выноси мне мозг сейчас. Ладно? — буркнул я, сжал её коленку и медленно повёл рукой выше.
Она выдохнула. Нахмурилась, но молчала. И в этот момент мне стало немного легче. Хоть так, сука, отвлечься от мысли, что впереди два дня с Соней.
Я сделал глубокую затяжку, выдохнул в окно. С каждой минутой этого пути мне хотелось развернуться. Соня бесила уже заранее. Увидит меня — обязательно найдёт, к чему доебаться. То, как я курю. То, как я дышу. То, как я вообще существую. Блядь, да я ещё не приехал, а уже бешусь.
— Мы долго ещё? — Вика скривилась, как будто сидит на кактусе.
— Терпи, красавица. За это ты получишь весь вечер с моим членом и бутылку винишка. Ты ж ради этого ехала, да?
— Ради этого и новых туфель, — с усмешкой напомнила она.
Я фыркнул. Хоть кто-то честен.
Едем дальше. И я уже точно знаю: эти выходные будут адом. Но если получится заткнуть Соню хотя бы раз — я это запишу в победу. А пока — просто доехать и не врезаться в дерево от злости.
Когда я въехал на территорию, первые мысли были просты: где моя пепельница и кто тут убирает снег. Дом, конечно, как с картинки — огромная веранда, каменные ступени, ебучая еловая аллея, будто мы приехали в кино, где все потом кого-то убивают.
— О боже, — простонала Вика, глядя на фасад. — Тут, наверное, пауки размером с мою собаку.
— Ты же собаку продала за лоферы, — буркнул я, глуша двигатель.
— Зато лоферы шикарные, — не сдалась она.
Я вылез из машины, сжал в зубах сигарету и растянулся в полный рост, оглядывая территорию. Дом был реально здоровый. Лес подступал так близко, что можно было руку протянуть и потрогать дерево, а мне вообще-то нравились стеклянные стены и отсутствие комаров.
— Вот и вы, — раздался голос Ника.
Он стоял на крыльце, с довольной рожей, а рядом — она.
Соня.
В сером свитшоте и обтягивающих легинсах. Волосы собраны небрежно, глаза подведены. Она меня увидела — и тут же лицо перекосилось в эту её дежурную полуухмылку «да сдохни ты уже».
— Привет, Владис, — фыркнула она. — Смотри, курить не забудь в доме, а то медведи тебя перепутают с копчёным мясом.
Я сжал челюсть и выдохнул дым прямо в её сторону.
— Привет, Соня. Рад, что ты не умерла от своей ехидности по дороге.
— Да, я тоже рада, что ты снова с нами, чтобы испортить выходные.
— Будем считать, что я их улучшаю своим присутствием.
— Угу. Как рак на жопе.
Вика покосилась на нас, хмыкнула и полезла за чемоданом.
Ник хлопнул в ладони:
— Так, ребят, без крови хотя бы до завтра. В доме три спальни. Владис, ты с Викой наверху. Мы — внизу. Там баня, и, кстати, гриль уже разогревается.
— Гриль? А ты тоже приедешь в фартучке с надписью «лучший шеф», Ник? — съязвил я.
— Хочешь — я тебе мясо в форме сердечек вырежу, — парировал он.
Соня отвернулась и пошла внутрь. Бёдра качаются, как будто она не просто идёт — а планирует войну.
Началось.
Я затянулся сильнее, глядя ей вслед, и пробурчал:
— Если за эти два дня я не убью её — я святой.
— Что ты сказал? — Вика вышла с чемоданом.
— Что несу твой чемодан. Не слышала?
Она улыбнулась. А я поймал себя на том, что всё же хотел бы, чтобы Соня однажды не ответила. Просто промолчала. Просто ушла. А не включала свою сучью харизму, от которой у меня искры в черепе.
Да, эти выходные будут весёлыми.
Но кто сказал, что я не умею играть в грязные игры?
9
Внутри дом оказался не хуже картинки. Камень, дерево, стекло — дорого, стильно и уютно настолько, насколько это вообще возможно в доме, который стоит в жопе леса.
Пока Ник с Соней носили еду на кухню, а Вика стонала, что "Wi-Fi ловит как пьяный экс", я поднялся на второй этаж, бросил наши сумки на кровать и потянулся, разглядывая комнату. Просторно. Панорамное окно в лес. Огромная кровать. Идеально, чтобы трахаться до сотрясения.
— Владис, ну скажи честно: ты её терпишь только ради Ника, да? — раздался голос Вики. Она лежала на кровати, уже в шортах и майке, и вяло листала ленту.
Я вздохнул, сел рядом и закурил.