— Ммм даа, — протянул сосед, потирая коротко стриженный затылок, увидев, что творится на кухне.
— Это всё надо срочно убрать, — прошептала я, когда перебинтовывала себе ногу. Он повернулся на меня с выражением лица «Да ладно? Правда что ли?». Я засмеялась, ещё немного и у меня начнётся истерика. Даже не представляю, чем всё это можно отмыть.
— У тебя на лице, — я показала на его щеку, смеясь и жмурясь от боли одновременно.
— Что?
— Фукарцин, ахахахахах, — у меня просто истерика, и пофигу то, что возможно, я сама такая же: джинсы, футболка грязные, руки не то в крови, не то в этой херне, которая уже практически въелась в кафель. Не хватало мне ещё из-за этого придурка здесь ремонт делать, тем самым расплачиваясь за его дебильную шутку.
— А ну, хватит ржать! — он провёл рукой по лицу.
Хи-хи, ха-ха. Веселые ребята-хохотушки. Вот только, ни хрена не смешно стало, когда осознали, сколько нам убирать. Нога более-менее была в порядке. Сидим, оттираем пол, тем временем Леонову стало скучно. Он швырнул в меня эту грязную тряпку. Я, в свою очередь, чтобы укрыться от неё, пытаюсь поймать её. В итоге, мои руки еще краснее, а самое смешное, это то, что оно НЕ ОТМЫВАЕТСЯ! Артём с истерическим смехом пополз от меня подальше.
— Не бей меня, мне только шину утром сняли! — закрылся рукой, придерживая другой левый бок. Да ну, не буду я его бить, я отомщу более коварно и весело.
— Иди сюда, мой сладкий, утю-тю, — я схватила его за щеки и долго держала, теребя их. Думаю, не сложно догадаться, что я сделала перед этим, вымазала ещё сильнее руки в фукарцин. Ох, он будет громко кричать, в конце-концов, девушку за такой пустяк он же не ударит, ведь так? Поэтом, отпустив его, я быстро, как могла, похромала к выходу из кухни. Артём приложил руку к своему лицу и снова посмотрел на меня испепеляющим взглядом.
— Это то, о чем я подумал? — нерешительно спросил он.
— Да! — крикнула я и попыталась ретироваться в сторону своей комнаты.
— Тебе капец!
Я долго носилась от него по квартире. Испачкали пару стен, ковер в гостиной и уголок кожаного дивана. Моё лицо теперь тоже в розовом оттенке, слегка. А вот Тёмино, это просто нужно видеть. Я бы на людях не показалась, с таким то «раскрасом». Уже стоя перед зеркалом и оценивая масштабы жопы, в которую мы попали, он сказал:
— Что делать будем? — посмеиваясь.
— Ты так спросил, будто бы я знаю, — убирая волосы со своего лица, я оглядывала всю трагичность ситуации.
— Ярославль, Нижний Новгород, Казань, Челябинск и Питер, поржут над придурковатым защитником и а-ля прессе секретарём в розовом цвете.
Это было конечно, всё очень весело со стороны, я даже признаю, что мы клёво побесились, нам этого давно не хватало, но когда нам позвонил Егор и сказал, а точнее, сделал вид, что «напомнил», во сколько нам надо быть около Ледового, всё перестало быть таким смешным. Я была точно уверенная, что до этого он не называл точное время отбытия, или же моя память слишком рано сдавала позиции, но теперь нам с Леоновым точно ясно, что мы в полной заднице и без помощи, нам не справиться. Умоляюще посмотрев на соседа, он сразу же всё понял и, вкратце объяснив ситуацию, срочно попросил приехать хоть кого-то из ребят к нам на квартиру под предлогом «жизни и смерти».
Мальчики не заставили себя долго ждать, поэтому спустя минут тридцать Артём уже открывал дверь и встречал наших помощников. Приехали к нам Егор, Дима, Вишня и как я поняла по голосу, с ними была ещё какая-то девушка.
— Это что, блин, такое? — с ошалевшими глазами спросил Егор, когда Леонов впустил их в квартиру.
— О, господи! — воскликнула девушка.
— Алёшу грохнул? — спросил Вишневский, на что я недовольно скорчилась, продолжая пытаться оттереть плитку на кухне.
— Куда труп дел? — спросил Дима, не отставая от шуточек Андрея.
— Я тоже рад вас видеть, — сказал Артём, хлопая дверью.
Лукин-младший и девушка, пришедшая с ними, направились ко мне на кухню, я материлась, потому что у меня ни черта не получалось.
— Леонов, ты… ты представляешь что Гордеев с нами сделает? Как ты в таком виде на игры поедешь? — начал причитать Егор, хватаясь за голову.
— Как — как, в шлеме! Ты ещё Лерку не видел, — ответил парень и Егор с Андреем ломанулись в комнату. Потом резко выбежав, он показал на дверь кухни. Лукин-старший выдохнул и резко открыл дверь.
— Покажись нам, красавица! — Егор растолкал всех, пробираясь ко мне, сидящей с тряпкой и всеми возможными моющими средствами разбросанными и разлитыми по полу в луже всего этого дерьма.