Лиза вздрогнула. Прикрыла глаза на секунду, быстрее почувствовав спиной лоснящуюся теплоту, чем увидев его пальцы перед собой. Затаила дыхание, когда Макс опустил губы на ее шею, не потрудившись убрать волосы, прижался плотнее недопоцеловав, недовдохнув ее запах.
Обиды как и не было.
Не было утра, комнаты и света. Она снова начала проваливаться в зыбучие пески, совершенно забывая чего хотела минуту назад.
С усилием вернулась в реальность, поворачиваясь, тем самым оттесняя его от себя. А Макс и отступил почти сразу.
- Нам нужно собираться, - сказала, протянув футболку.
Он только этого и ждал.
Выхватил из рук и быстро натянул на себя.
В машине стало тепло практически сразу. И всю дорогу до института ей представлялись лица прилипшие к высоким окнам, люди, что оборачивались бы, стоило им увидеть, как она выходит из его машина. Очередная. Одна из. И всем будет понятно, что произошло этой ночью. И все к ней приценятся. Проколют острым взглядом - еще одну бабочку нанизанную на иглу под стеклом- и тут же забудут, ведь не сегодня завтра- появится другая.
Лиза постаралась выдохнут беспрерывно. Стиснула заледеневшие пальцы.
Машина бесшумно въехала в раскрытые кованные ворота, заняла свободное место. Студентов вокруг не так уж и много, как ей представлялось, и в окнах, вроде, не видно никого. Может пара, лишь в отдалении. Лиза потянулась к замку ремня. Нажала раз, дернула. Нажала другой. Незнакомые девчонки прошли совсем рядом переговариваясь и хихикая. И вот этим точно известно, что та, которая вечно говорила другим насколько большое безрассудство вестись на внимание Самойлова, стала его очередной подстилкой.
Подстилкой же. Они же сейчас зайдут в здание и разойдутся каждый своей дорогой, не так ли? Что их будет держать? Самойлов добился, а она сохранит для себя воспоминание и может всплакнет под грустную мелодраму. Сможет только выбраться из пут ремня безопасности и сразу же...
- Дай мне.
Макс наклонился близко, накрыв ее пальцы своими. Щеками почувствовала дыхание и послушно замерла.
- Ты как дожила до своих лет с таким уровнем ловкости? - нажал на кнопку и ремень быстро соскользнул на место. - Родители, наверное, делали ставки, с каким увечьем ты вернешься с игровой площадки.
- Однажды я перевернулась вверх дном со спасательным кругом на поясе, и из-за паники не могла сообразить, как мне выплыть, - призналась честно, вспомнив мутную зеленоватую толщу воды, которую видела широко раскрытыми от страха глазами. - Наглоталась я тогда сильно. Больше не плаваю на расстояния, где не могу коснутся дно ногами.
Было достаточно рано, чтобы не успел высохнуть подтаявший иней на пожухлой траве в центральной клумбе. Чтобы в воздухе остался налет сырости. Солнце не могло пробиться сквозь высокое здание института и двор был погружен в холодную тень. Рыжий Рома вдалеке, как традиция. Они с Лизой одни из первых приезжали на учебу и общение ограничивалось вот такими махающими издалека ладонями. Макс лишь прыснул воздухом за спиной. Догнал ее в два шага и завалил руку на плечо.
- Еще одна твоя подружка?
Она не смогла произнести ни слова. А он ухватил ее за кисть и посильнее потряс в воздухе.
- Кто бы мог подумать, что ты у нас такая общительная.
Вернулся обычный Самойлов. Но она не имела ничего против, пока он грел ее свои телом. Даже сквозь пальто. С торчащим, из-за поднятой руки, воротником и белым уголком футболки. Впалые щеки порозовели и пар срывался с губ при дыхании. Он чуть нахмурился, отвлекшись на чтение тилинькающих смсок, продолжая вышагивать с ней в ногу и был настолько красив, что она забыла, где они, и что их могут видеть тысячи заинтересованных глаз.
Макс перевел на нее взгляд и застыл. Поднятое к нему лицо полно тающей неги.
Перед этим он всегда будет капитулировать.
Небольшого усилия хватило, чтобы притянуть рукой за ее шею ближе и врезаться в губы.
Холодные. Мягкие. Которые он исследовал вдоль и поперек, вбиваясь членом в горячее тело, накануне вечером.
Его глубина, от которой уши закладывает. В руке жужжал телефон, Марта звонила и вчера, и сегодня утром. Кирилл опять где-то шлялся и в ответ на согласие перекантоваться у него, попросил забрать его с другого конца города, проебав, скорее всего, все, кроме штанов и телефона.
Но этот рот заглушал все сигналы. Податливый. С готовностью встретивший вторжение его языка. Ощутил натяжение ткани- это Князева ухватилась за ворот и потянула на себя бессознательно. И где-то здесь должен быть закуток, который скроет их двоих, и если потеснится хватит места стянуть штаны, продолжив стоя...