Ладно. Он же не маньяк.
Отстранился.
Любому нужно время для адаптации, а он пока продолжит терпеть парней, махающих ей с самого порога. На рыжего еще выдержки хватит, но...
- На счет твоего любимчика... - вырвалось сами собой. И он это прожевал желваками на скулах. Вспомнив бродячую морду брезгливо дернул носом,продолжая обнимать девчонку и кинул взгляд поверх ее головы. - Чтобы я не видел его ошивающимся рядом.
Лиза свела брови к переносице и чуть отодвинулась.
- Ты мне запрещаешь общаться с кем-то?
Он бы запретил смотреть в его сторону, запретил открывать свой рот в минуты поцелуя с Князевой, но бестолковые слова, которые, как оказалось, прозвучали не только у него в голове, были сказаны вслух. И похуй. Лишь бы не выдать испуг от слишком явно показанного чувства собственности, продолжающего играть в нем со вчерашней ночи. Во время секса, пожалуй, простительно. Что только не вдарит в голову. Ну а сейчас какого хрена? Посреди двора здания битком набитого желающими присунуть каждой встречной.
- Я, кажется, ясно выразился.
Князева фыркнула, отступив еще дальше, практически вывернувшись из под его руки.
- Этого будешь требовать от меня ты? Да легче пересчитать девчонок, которых обошел своим внимание, нежели тех кому его подарил.
- Рыжему можешь махать до потери сознания, но Звегинцов чтобы и не дышал одним с тобою воздухом.
- А то что?
- Не беси меня, Князева, - прорычал, делая шаг. - Я сказал, ты услышала.
Снова отвлекся на телефон, завибрировавший в ладони:
- И не жди меня после занятий, я должен буду уехать. Кирилл опять в какой-то жопе.
Она несколько секунд смотрела на телефон в его руке, после подняла глаза на него. И было в них какое-то приглушенное бунтарство. Может быть злость. И еще кое-что. До проползших по спине мурашек знакомое.
Толика страха.
Неужели, Князева , думаешь, что я от тебя отделываюсь?
Вполне похоже. И он был бы рад. Честно. Но понял вчера, что это вряд ли удастся.
Лиза замерла в пол оборота.
Держась за лямку рюкзака, смотрела опасливо.
Ему нужно валить, иначе он от этих губ никогда не отлипнет.
Сунул руки вместе с телефоном в карманы и одернул пальто на плечах.
- Увидимся.
И поворачиваясь к машине услышал сзади:
- К маме заедешь?
Хера с два. Изъездился уже. Неизвестно, как теперь забыть туда пути.
- Нет.
Метр, еще один. Площадка вся в булыжниках и ноги чувствуют неровности.
- Мы можем завтра.
Камни мокрые и пыль утрамбованная в границах прибита утренней росой.
- Нет.
- Если хочешь, я заходить не буду...
- Князева! - гаркнул он, резко обернувшись. - Нет! Понятно? Ни сегодня, ни завтра, ни через год.
Сжал руки в карманах, но ей не разглядеть. Только зубы заскрежетали, что самого передернуло.
- Максим...- прошептала она, обомлев.- Но так нельзя.
Он знал, что шмотки кое-какие собрать нужно, пока дома будет Марго. Знал, что сломается навигатор, пока отыщешь дыру, которая засосала Кирилла. И знал, что не хочет видеть лицо матери, как никогда в своей жизни. Если б с ней... что-то было... Марта бы нашла пути сообщить. Или отец... Тот бы не упустил шанса рассказать сынку радостную новость. Но врачи обещали. Они говорили - опасности нет. И сообщения Марты - очередные истерики закрытой в больнице алкоголички.
Макс дернулся, почувствовав несмелое касание за рукав. Князева снова близко, снова смотрит, так, что хоть рассыпайся. Зло выдернул руку и отошел подальше.
- Щеголя своего отвадь, а со своими делами я сам разберусь.
- Причем тут Дима вообще? Если тебе нужно на ком злость сорвать, то...
- Не произноси его имя.
- Это же полнейшая чушь! - воскликнула она, взмахнув руками. - Ты не можешь ставить мне подобные условия. Он друг. Ты тоже общался ... общался с Ирой в клубе, я ни слова не сказала.
- Ты собрала манатки, - процедил Макс сквозь зубы. - И собиралась свалить от меня.
Лиза качнула головой, возмущенно фыркнув.
- Мне нужно было домой.
- Да, Князева, конечно, - кивнул он.
Машина в отдалении мигнула фарами и Макс, наконец, направился к ней, не оборачиваясь. В спине дырень размером с канализационный люк, от прожженного взгляда позади. Но он проигнорировал. Как и очередную смску. Блять. Всего лишь ранее утро, а его уже успели задолбать все на свете.