- Тише, - прошептал Макс.
Все еще цеплял губами мочку уха. Держал руку на шее. Словно управляя, не давая ей уйти от быстрых, нарастающих движений.
Это нестерпимо просто. Он не выходил. Но движения поступательные и быстрые-быстрые, словно он растирал что-то подушечкой пальца. Вода попадала между ладонью и ее лобком, выдавая чавкающий, приглушенный струями, звук.
То горячее, копившееся в ней, сейчас разгоралось пламенем. Казалось к этому оно стремилось, к этой точке и подушечке пальца.
Лиза стонала сквозь сжатые зубы. Челюсти не раскрыть, мешала рука. А в поясницу упирался твердый пульсирующий член.
Она отвела таз вперед, чтобы суметь проскользнуть между телами. Пальцы обхватили теплую плоть. Максу понравилось, он подался навстречу и кожа осталась в ее руке, а горячая, голая головка коснулась ягодиц.
- Я хочу тебя.
Вот, как это называется. Нестерпимое стремление быть ближе к ускоряющейся руке.
Лиза задыхалась, хватала губами капли воды.
Макс говорил еще, сминая нос о ее щеку, но слов не слышно. Только собственный стук сердца, размноженный на эхо в голове.
А потом он остановился. Вынул палец за которым следом хлынул горячий,тягучий поток.
- Нет, - испуганно пролепетала Лиза.
Еще, пожалуйста...
Пожалуйста...
И захныкала от потери, пытаясь перехватить руку, оставить на месте. Налитом, пульсирующем. Еще секунда и она разревется от потери чего-то совершенно необходимого.
Но этого ей не дали.
Макс развернул лицом к себе. Вцепился жесткой хваткой в бока так, что заныли ребра и оттеснил к стене. Лиза хваталась за выступающие в стене краны. Вода теперь билась впереди, практически не попадая на нее, по голой мужской спине, отскакивая брызгами на бедра.
Потому что Макс на коленях. Перед ней. Направил одну ногу себе за плечо прижимаясь ртом к месту, где только-что была руки.
И это все.
Она провалилась в темноту.
Едва почувствовав мягкое скольжение внутри себя, вся затряслась, хватаясь за короткий волос. Задрожала всем телом оседая по кафельной стене, прохладной на контрасте.
Сквозь туман, почувствовала подхватившие под ягодицы руки.
Лиза замотала головой, уперлась в твердую грудь руками, оттесняясь.
Она хотела остаться в этом ощущении. Растворится. А спина вновь терлась по неровностям плитки и она уже на весу, рассекала ступнями воздух. Только вода хлестала по пальцам.
- Обхвати меня ногами.
Лиза слышала голос невнятно. Но этому готова подбоченятся беспрекословно.
Мужские пальцы с силой сжали попу и боль даже немного отрезвила. Макс держал крепко, помогая себе, раздвигая, чтобы ...
Лиза с шумом втянула воздух, сквозь сжатые зубы.
Не от боли. Нет. Ее не было. Но проникновение, как по оголенным нервом. Слишком.
Слишком чувствительно.
Она пыталась сжаться. И расслабится тоже пыталась. Раскрыла глаза, чтобы увидеть, как Макс, стиснув челюсти, буквально насаживал ее на себя. Бились ягодицы о бедра. Набухали вены на его руках. А в теле высасывающее ощущение, словно нутро тянется за ним, когда он выходит. Почти полностью. Почти рычит. И ударяется внутрь. Со шлепком. Звонким и хлестким.
Он поднял взгляд. Глаза серые, как штормовое небо. Выдергивая, цепляя с лица любую эмоцию. Но ей удавалось только дышать раскрытым ртом. В том же темпе, что и его движения. И чем дальше, тем быстрее. Буквально теряя сознание, едва улавливая момент, когда покружилась все в голове.
Всплеск. Судорожное прикосновение губ к ее шее и ощущение пульсации на животе.
Если это не конец света, то она неуверенна, что осталась жива еще хотя бы на секунду...
Глава 28
— Он знает, - Мария ухватилась за горло, не отрывая от Марты расширенных от испуга глаз, - Он точно знает.
Халат теплый, из шерсти, норовил сползти с одного плеча. Тонкая шея под ним с выпирающими, напряженными мышцами выглядела по-детски беззащитно.
— Если Саша был здесь... - снова стало плохо, и она схватилась за края подоконника, пошатнувшись.
— Мы этого не знаем, - защебетала Марта, придавая голосу успокаивающие нотки. Помогла Марии дойти до кресла, придерживая за локоть и причитая, - Максим не отвечает, но разве раньше такого не было? Молодой, гуляет. Приедет, когда проспится.
Но надежды не было даже у нее. Столько звонков, столько сообщений, все в пустую. У нее сердце кровью обливалось, видя, как хозяйка не ест ничего, только воду пьет, словно птичка с листочка. И если правдивы слова постовой медсестры, и сюда приходил взрослый лысый мужчина, то обман вылез наружу.