Глава 6
Бросок, удар, отскок, словил. Бросок, удар, отскок, словил. Размеренно, не напрягаясь, развалившись в удобном, мягком кресле, работая только кистью. Бросок, удар…
Дверь резко распахнулась, изменив траекторию теннисного мяча, который моментально отлетел в противоположную сторону, закатившись под журнальный столик. В комнату вошла Лиза, но он даже не обратил на это внимания. Перекинув руку через спинку кожаного кресла, потянулся к подоконнику за следующим коллекционным мячом в стеклянной колбе, подписанным первыми ракетками мира.
Бросок, удар, отскок, словил.
Девушка встала к нему спиной у кофейного аппарата, но глаза незаметно косились в его сторону. Видно, как готовое замечание хотело было слететь с её губ, но осталось не оглашённым, словно хозяйка разучилась разговаривать. Макс усмехнулся. Так и надо. Просто молчи, и мы проживем эту неделю миром. А скорее тотальным игнором. Что, по его мнению, одно и то же. Воспитывать, только воспитывать и крыть матом. Больше её ничего не берёт.
Бросок, удар, отскок, словил.
Стук о дверь, следом, более приглушённый, — о ковролин, потом шлепок о руку. Его эти звуки успокаивали. Её же невероятно выводили из себя. Женский локоток заходил сильнее, когда она усерднее стала перемешивать сахар в кружке. Это не может не радовать.
Они оба находились в кабинете какого-то местного профессора, одного из офисных зданий, в нескольких улочках от отеля, где остановилась вся делегация. За этими дверьми, через коридор, толкали речи их наставники. Один за другим. Сегодня они втянут часть публики в суть своих докладов, другую просто усыпят сном младенца, а завтра по запланированному графику будут показаны пара презентаций и графических моделей.
Кажется, он должен сейчас быть в зале, выискивать важных персон, болтать про важность доклада, толкать им в руки заранее приготовленные визитки с эмблемой родимого института. Но Страпыгин мог идти и есть песок, если думал, что Макс всерьёз займётся этим.
Удар, отскок... Дверь снова открылась, очередной мяч отскочил... Уже к Лизе под ноги. В кабинет ввалился ещё один ассистент, с третьего курса, весь замученный, с кривым узлом галстука на шее.
— Боги, какая там духота! Столько народу набилось, никакие кондиционеры не спасают! — он был немного запыхавшимся и весь красным по белые границы своей рубашки. Открытое веснушистое лицо скорее побуждало желание подарить ему тёплый бабушкин свитер на Рождество, чем вести разговоры о нюансах маркетинга. И Самойлов в какой раз лишь изогнул бровь, проглатывая замечание о компетентности руководства института в выборе делегатов.
— Но это того стоит! — рыжий плюхнулся на железный стул у стены. — Лиз, ты слышала? Доброхотов представлял свою модель бизнеса! — сложив жёсткую чёрную папку с бумагами на коленях, мечтательно вздохнул. — Столько исследований представил… Экономика, менеджмент, финансы. Какой объёмный труд! Какая работа…