Выбрать главу


      — Это что за работа такая? – лицо теперь сплошное темное пятно и лишь светлый штрих света на скуле. – Я тоже хочу зарабатывать так, чтобы пятитысячные на чай оставлять.

      Она обычная дочь обычных людей, и таких как она еще две -три в одной только кофейне. Лиза всегда чувствовало это особо остро, года Макс кривил лицо или бросал колючий взгляд, ни о чем не сожалела, но ощущала как неприятна дрожь пробирается под кожу. И кривила лицо в ответ. И уходила.

      Но теперь ей некуда идти. Призналась, что нет денег, а дополнительный заработок сущие копейки. И ночлега нет.

      Падать в его глазах, таких блестяще-голубых, ярких - он весь на свету - ниже некуда. Да и амплитуды кривой, что могут очертить его губы уже не хватит на таких, как она.

      - Мелкая еще, – стрельнул в нее взглядом. Но вряд ли увидел. 

      И оттого Лиза чувствовала себя куда уверенней. Она то его видела. Могла рассмотреть в мельчайших деталях. Правильные черты лица, где-то посередине между миловидностью и чисто мужской красотой. У него красивые глаза и темные ресницы, но достаточно широкая угловато-резкая бровь, которую он слегка приподнял, посматривая на нее. Аккуратный нос и средней полноты губы, но небольшая щетина разбавляла образ. И положа руку на сердце, Лизе пришлось признать, что она ему шла. И скорее всего в ней дело, потому как в школе Макс казался ей слишком… слащавым что ли, просто поражало насколько девушки были слепы и не видели в нем одно сплошное клише. С щетиной же по-другому, и с мелким пучком морщинок в уголках глаз.


      Времени прошло достаточно с тех пор. Они повзрослели. Но не поменяли свое отношение друг к другу.

      Лиза сдержала глубокий вздох…

      И вряд ли когда-нибудь изменят.

      - И как же понять, что ты не блефуешь? 

      - Я никогда не блефую, – он свел брови и мотнул головой, убежденный в своих словах. Лизе же не хватит пальцев, чтобы привести все примеры обратного.

      - Ты блефуешь одной этой фразой… 

      Он глянул скептически. И приподнятая бровь изогнулась еще больше, но уголок губ чуть вытянулся и приподнялся вверх. И Лиза затаила дыхание.

      Впервые смогла вызвать улыбку, не злую и не издевательскую, ту от которой тепло растеклось по всему телу. Такой момент, пожалуй, стоит запомнить и положить на одну полку с кометой Галлея.

      — Это хобби, которое приносит деньги. Мы иногда собираемся с друзьями, едем за город и гоняем. – взял в руки пульт и стал методично крутить в руке. – Выиграл, забираешь шестьдесят от ставок, проиграл – идешь и пьешь, – посмотрел на нее пристально и указал пультом, как указкой. – Простушки о таких местах не знают.

      Лиза приподнялась на локте.

      - Я не простушка, – тон достаточно возмущенный, чтобы ему иронично фыркнуть.

      - Конечно…

      - Ты ничего обо мне не знаешь.

      Еще бы он знал. Выяснять подробности жизни. Имена парней, кто приглашал ее на выпускные балы, и хотел попытать счастья под подолом струящегося легкого платья, из какого-то воздушного материала, название Макс не знал, но помнил, что оно было персиковым. До колена и перехвачено на талии. И что те парни скорее стерли себе всю ширинку о непрошибаемую скалу под тем подолом. Как будто ему было дело.

      - Твою жизнь можно рассказать в трех словах: однообразие, сон, учебник.

      — Это не так! - она же куда больше, чем три слова. Целое море контрастов и хитросплетений характера. Индивидуум, как и каждый человек, который неповторим – мама так говорила, матери … они же не врут- и никак не может быть пересказана тремя словами. – Я вот курить пробовала и на вечеринки хожу…

      От первого она чуть не померла на месте, когда по школе затянулась за туалетами, как и остальная шайка девчонок, а относительно второго…Диана утверждает что все порядочные молодые девушки «ходят тусить» и периодически вытаскивает ее в люди. А она исправно соглашается. Надо, значит надо, и бывают моменты, кода ей действительно интересно. Но видя выражение лица Самойлова, решительно поджала губы:

      - …и личная жизнь у меня есть.

      Он отложил пульт и закатил глаза.

      - Звегинцов- твоя личная жизнь? 

      В Самойлове читалось презрение. Может в повороте головы или в развороте плеч. И еще усмешка. Да, ему поднять на смех все чем она живёт, как пальцами щелкнуть. Видите ли, то, что он неделями может на учебе не появляться, а после таскать очки на носу скрывая темные круги- следствия беспробудного кутежа, так это достойно внимания. А она так… мокрая тряпка на полу, необходимая только пол протереть перед его проходом.