Глава 20
Визг, шум, гам. Макс бы мог всю какофонию звуков разобрать по нотам и проиграть без блажи, если б только сегодня она не была в честь этого сучонка.
- Вот так это делается, Самойлов! – крикнул Топилин с широченной улыбкой захлопывая дверцу горячей, вспененной машины, едва виднеющейся в облаке оседающей пыли.
Макс только оскалился.
Отлично, сегодня сошлись твои звезды, говнюк.
Самойлов грубовато кашлянул, подался из машины. Кучка знакомых, как тряпичную куклу от пыли, похлопывала Топилина по плечу, ерошила волосы. И девки обступили, сверкая задницами в лоснящихся лосинах. Макс только зубы стиснул.
Он проебал бабло.
Он проебал Топилину.
Но то, что дергает за живое, так это отголосок удовольствия еле заметного дрожания руля под пальцами, головешки рычага передач, которая вот только в такие моменты скользила в ладони так же естественно восхитительно, словно женская грудь. На трассе он разбивался о берег и вновь собирался одной мощной волной, чтобы рухнуть вниз с высоты многоэтажного дома, и чтоб дыхание сперло от накатившего в ответ удовольствия. Отголосок, который он не почувствовал. Даже не заметил почти.
Не в этот вечер…
Однажды он видел, как дед, в закатанных трениках и сожженной до половины скруткой в зуба, полный азарта подсекал рыбешку, стоя по колено в зеленом пруду. Чуть приседал в ногах, и напрягалась поджаренная загаром грудь, видневшаяся в провисшем вороте матроски. Дед резко дергал и Максу под ноги шлепалась рыба, бьющая хвостом, со здоровенным крюком, проткнувшим насквозь, тонкий вытянутый, рот.
Сейчас, проглатывая проигрыш, и отсутствие ощущений, что ждал весь день, чувствовал себя так же – крюком, да под щеку.
И когда там, на очередном повороте, лучше бы выгрызть метр у занесенной топилинской машины, и впору почувствовать адреналин в крови, который выбрасывали обезумевшие надпочечники, перед глазами была, с какого то хера, злая Князева, бьющая ему куртку. Думал, что зря оставил ее возле своих, хоть там Кирилл, и тот пресечет на корню лишние вопросы, толковость его на сегодняшний вечер ставилась под сомнение.