Скользнул взглядом по головам.
Чуть поодаль, меж тел обернувшихся к нему знакомых, взъерошенная светлая макушка почила сном на девичьей груди. Сторож хренов.
Лиза в ответ развела руками.
Рукой, потому как на другой посапывал самый яростный болельщик.
Макс подошел, приостановился, пристально осмотрел друга, принимая вялые подбадривающие тычки и фразы, а Лиза и рта не смогла раскрыть, с того момента, как моргнули красные фары машин, и унеслись быстрее пули в непроглядную темноту. Здоровяк скрежетал в рупор с высоты стремянки, умело управляя вниманием толпы. У нее же сердце заходилось в рваном ритме, и сейчас, когда соперник позади полный самодовольства громогласно что-то говорил, поднимая вверх стакан и ему восторженными возгласами вторили друзья, когда Макс – подтянутая темная фигура мрачно взирал и молча пережевывал злость стиснутыми зубами, она отводила взгляд, не решаясь пошевелиться, чтобы не растолкать… Кирилла, который казалось отрубился, сразу после :
- Надерем им жопы! Уооооууу!
Диана звонила пару раз. Лиза оборачивалась, находя подругу глазами и говорила в трубку, что все хорошо. А как иначе? И даже когда Самойлов навалил на себя спящее тело, кивнул ей, и она поспешила открыть заднюю дверцу машины, снова отыскала её, но Диана далеко. Среди множества других лиц и автомобилей.
Очередных. Подкатывающих к черте, и пора бы убираться, как прорычал Самойлов, и она бесшумно скользнула на пассажирское кресло, захлопнув дверцу. А он раздраженно ожидающий лишь этого, в тот же момент стартанул с места, уезжая дугой за холм и наверх, оставляя позади расплывчатым пятном, светящиеся "ближним" фары.
«Все нормально»
«Может, мне сегодня переночевать у Вали?»
Лиза поспешно убрала телефон, разбавляющий темноту салона навязчивым светом. Самойлов резанул по ней взгляд, может заметил пылающее лицо, но ничего не сказал. Следил за дорогой молча, петляя проселочными дорогами в сторону разноцветного марева огней над городом. Она же, скрывая волнующее стеснение, повернулась на сидении, для удобства подтянув коленку и коснувшись виском подголовника, с безопасным интересом уставилась на спящего сзади парня.
- Он такой милый, - тихое посапывание и свисающая рука почесывает спины передних кресел на ухабах. Волосы торчком и абсолютно ангельское выражение лица.
Самойлов не повернулся, глянул в зеркало заднего вида и весело хмыкнул:
- Я передам ему завтра.
Вот же будут новости. Нажрался в дрова и был милым для Князевой. Скажи Максу такое, он бы покатился со смеху.
Лиза перевела на него взгляд. Почти такой же. С остатками умилительной улыбки и сонливости. Макс подобрался на месте, непроизвольно сжимая мышцы на, вытянутых к рулю, руках. От таких взглядов нутро выворачивалось на изнанку и словно крышку шкатулки открыли, нате! Смотрите, кому не лень.
- Мне жаль, что ты проиграл, – ей шел строгий черный цвет платья, и темно-русые волосы, заправленные одной стороной за ухо. Он чувствовал ее всей правой половиной лица.
- Отчего вдруг? Ты подняла бы на этом деньги.
- Ах да, - кивнула, приподняв брови со вздохом сожаления. – Если б кто дал мне их все-таки поставить, озолотилась бы…
Он промолчал.
И продолжал молчать последующую часть пути. А у нее даже вопросов не возникло, куда они едут.
Ни сомнения. Ни страха.
Покачивалась на ямистых извилистых дорогах, и чувствовала… удовлетворение.
Видимо от того, что осталась позади агрессивная, наводящая трепет толпа – не привыкла она к такой компании – а может вышли из строя все внутренние сигнальные вышки, которые выли бы сиреной , скажи ей некоторое время назад, что будет наслаждаться тишиной в самойловской машине.
Они въехали в дачный поселок - одно из ответвлений городской кроны. Дома вольным строем тянулись друг на против друга, длинной прямой улицей, огражденные высокими железными листами. Здесь же была детская площадка с маленькой песочницей и одинокими качелями. Несколькими, врытыми в землю, шинами, раскрашенными где под радугу, где под солнышко, а одна и вовсе с прикрученными пластиковыми бутылками, словно лучиками – дитя местного творчества.