***
Лиза жила ожиданием чего-то целый день. Работа не заканчивалась, народ шел и шел и подвеска у двери, оповещающая о посетителях мелодичным перезвоном, трещала без остановки. Начальник брюзжал слюной с девяти утра. Слишком медленная, ленивая нерасторопная молодежь у него работает и вспотела кожа под волосами, пока Лиза сновала по залу, забывая про боль в расцарапанных ладонях. И когда пузатенький мужчина ушел домой, разочарованно хлопнув створкой каморки, вся смена дружно выдохнула.
Работы не убавилось, но стало легче. Кое-кто смог сбегать покурить, кто перекусить на ходу. Лиза дожевывая бутерброд повязывала высокий хвост и майка наровила выскочить из затянутого пояса фартука от натяжения.
- Станешь за стойку? - ее партнерша кинула ей второпях, на секунду заглянув в кладовую и снова скрывая в зале. Девушка кивнула, опустила руки от волос и снова разблокировала телефон.
Ничего.
За стойкой была своя касса и ряд лакированных деревянных ручек, различающихся по сортам пива. Бутылки за спиной и необходимо быстро ориентироваться, где какой алкоголь стоит. Вертелась юлой и едва не выронила тяжелую стеклянную кружку, когда засмотрелась на телефон( ничего, собственно, не ожидая от этого самого телефона) и защипала рука от медленно сползающей пивной пены.
Пришлось раздобыть медицинские перчатки.
Вернее раздобыл Дима.
Заглянул в пятом часу и улыбнулся ей по другую сторону стойки:
- Привет.
Кафе к тому времени, как громоздкая рыба в море, нахватавшись планктона, замедлила движение и осела у края рифа с набитым животом. Планктон медленно переваривался, потягивал напитки за столами, тихо переговаривался, склоняясь близко головами. Наконец, появилась возможность перевести дыхание и тоже наклонится, оперевшись локтями о столешницу, сказав в ответ:
- Привет.
По вынужденной быстро усвоится привычке держала ладини наверх, подальше от жидкостей, горячих и холодных поверхностей, и Дима удивлено поднял брови, заметив царапины.
- Ничего себе...
- Да... - Лиза тоже посмотрела и понадеялась, что взгляд не очень напоминает любовный. - Упала неудачно,- пояснила она, не сумев удержаться от легкой улыбки.
А после поцеловала Самойлова. Кто бы мог подумать?
- Больно?
- Щипает немного.
Тонкие короткие красные полоски. Каждая из них стоила того, чтобы иметь возможность быть утешенной, накинутой на спину кожаной курткой и крепким мужским объятьем.
- Так никуда не годится,- Дима сгонял в соседскую парикмахерскую и приволок черные перчатки. Охмурил по дороге парочку женщин, а может просто заплатил, но выглядел довольным. Зазвенела входная дверь и над ухом раздосадованно заворчал парень со смены, устало соскребая со стола свой блокнот и полотенце, чтобы направится к новому посетителю.
- Стильно, - прокомментировала Лиза, разглядывая ладонь в черном латексе. - Куда лучше бинтов.
Дима разочарованно покачал головой, а она лишь виновато поджала губы.
- А что делать? Они моментально мокли и пришлось их снять.
Самойлов замер у входа, как только увидел ее. Сияющая, с этим высоким хвостом, упруго скачущим за спиной. Легкая однотонная майка без надписей, свободно лежала на худеньких плечах, и девчонка топорщила вытянутую ладонь, улыбаясь. Ответная улыбка хотела растянутся на его губах. Пока он не перевел взгляд и не узнал Звегинцова - причину ее девичьих радостей.
Тяжелым шагом прошел до первого столика. Присел на стул с замечательным обзором и поставил локти на стол сцепив пальцы, принявшись елозить нижней губой по неподвижной костяшке большого пальца.
- Чего-нибудь желаете?
Официант возник из воздуха. Спросил с непроницаемым выражением лица - среднее состояние, по которому можно определить и степень его заебанности и вежливости.
-Кофе.