Пока я летел за ценными ресурсами, ЭфЭр осталась на дредноуте за главную, продолжая восстанавливать звездолёт.
Настроив бортовой компьютер разбудить меня за час до выхода на орбиту, я направился к одной из десяти кают и лёг на кушетку прямо в скафандре. На этом тоже настояла ЭфЭр. Мол, вдруг разгерметизация, и меня вышвырнет через пробоину в корпусе? И какая разница, чей воздух тратить – скафандра или фрегата. Тем более тут на каждом шагу разложены запасные скафандры. С этим я поспорить не мог, в итоге пришлось мириться с неудобствами.
Во сне, к сожалению, меня снова встретила чёрная дыра. Не даёт увидеть что-нибудь другое, пусть даже кошмарное. Постоянное напоминание, что рядом находится сила, попирающая все известные законы, напрягало.
– Чего ты прицепилась, а? Скажи, что тебе надо?! – не выдержал я.
И тут, словно услышав, всепоглощающий космический монстр приблизился.
– …орбиту один час. Повторяю, до выхода на орбиту один час.
– Спасибо, будильник, – ответил я через шлем бортовому компу, и тот, отметив моё пробуждение, вырубил громкую связь.
Сон казался скоротечным, но прошло уже 19 часов. Палец с кольцом немного пощипало, и всё.
Я зашёл в рубку и посмотрел на передние экраны, уже видя точку назначения.
Планета издалека была реально красивой – изумрудный шарик лесов с жёлтыми прожилками долин и тёмно-синими полосками рек.
Я прислушался к ровному гулу двигательной системы грузовоза. Поразительная штука – эти гравитаторы. Парочка для взлёта и посадки, парочка для силовых полей – и всё в шоколаде. Да, крутые генераторы искажения гравитации есть только на дредноуте, но пока мы не собираемся таранить звёзды и планеты, хватит и обычной защиты. Хотя эта лоханка выдержала бы посадку и без гравитаторов – материалы корпуса и обшивки такие же, как на основном корабле. Вопрос лишь в том, пережил бы я сам жуткую болтанку без компенсаторов гравитации. Мало ли, вдруг генераторы сдохнут или реакторы отрубятся? Или двигатели взорвутся из-за сомнительного качества добытого газа.
Мы приближались к планете, и я уже смог получше рассмотреть практически сплошной ковёр лесов.
Фрегат начал выравнивать своё положение по отношению к поверхности, из-за чего вид в лобовых экранах перевернулся. Через несколько минут начало слабо потряхивать – корабль входил во внешние слои атмосферы.
ЭфЭр предупредила, что здесь могут быть продвинутые формы жизни. Думаю, любой, взглянув на эту планету с орбиты и особенно вблизи, сказал бы подобное. Слишком хорошие условия для появления зубастой фауны. Однако сканеры дредноута, оставшегося висеть около лжеНептуна, не смогли определить, что конкретно тут водится. А на фрегате аппаратура стояла не в пример слабей. Но снимать шлем и дышать местным воздухом я точно не собирался, даже когда анализ показал мне состав атмосферы, близкий к земному. Меня волновала сила тяготения в полтора раза выше земной. Но экзоскелет скафандра был рассчитан на куда более серьёзные нагрузки.
Главное, чтобы у аборигенов не оказалось особо опасного оружия или когтей. А то из вооружённых сил тут разве что пушки фрегата, электромагнитная снайперка и два полюбившихся мне обреза. Как ни прискорбно, эскорта истребителей не было – они все в разной степени были повреждены чёртовыми осколками кометы. Никаких терминаторов на складе не оказалось, и вне корабля я был практически беззащитен. Вся надежда на камеры и охранный сканер дрона, который должен был засечь любое движение в пределах километра и оповестить меня в случае чего. «Должен» – хорошее слово…
Блин, почему вместо того, чтобы восхищаться первобытной красотой инопланетного мира, я сижу и перебираю в уме все худшие варианты? Возможно, потому, что в любой момент артефакт может подвести, и я останусь один на один с какой-нибудь тварью, как тогда в коридоре?
Пока я предавался пессимистичным мыслям, космолёт без проблем ворвался в атмосферу и пробил жиденькие облака, подставив квадратный нос местным ветрам. Затем, отключив ионные двигатели, он с помощью одних гравитаторов вырулил на место, выбранное компом для приземления, и приготовился к посадке.