— Вы вроде всего на пару минут опоздали. Но предполагалось, что мы пробудем под ускорением четыре часа или меньше, а сейчас уже без десяти одиннадцать.
— Угм.— Он опять тряхнул головой.
Я отпустил руку Бергмана, чтобы дать дорогу Стиллеру и Дэми, выходившим из камеры.
— Все опоздали, выходит,— сказал Бергман.— Все, значит, в порядке.
— В порядке... Постой, постой, эй, Стиллер! Ты не видел...
Из камеры донесся крик:
— Медика! Медика!
Кто-то проходил в дверях, но это была не Мэригей. Я оттолкнул ее в сторону и нырнул в дверной проем, приземлился едва на кого-то и пробрался к Струве, заместителю Мэригей. Струве очень громко говорил в свое кольцо:
— ...и переливание крови тоже.
Это Мэригей все еще лежала в расстегнутой оболочке, она вся была...
— ...нам сообщил Дальтон...
Каждый квадратный дюйм тела Мэригей был покрыт кровавой пленкой, повсюду с одинаковой яркой полосой.
— ...когда она не вышла из «кокона».
Она начиналась у нее под подбородком злой алой лентой, и до самой грудины это была только красная пленка.
— ...я сам расстегнул оболочку...
Дальше живот рассекала длинная рана, все более углублявшаяся, пока в самом низу наружу не выглядывала белесая мембрана кишечника.
— ...да, она без сознания...
— ...понял, левое бедро. Манделла...
Но Мэригей еще дышала, сердце сбивалось с ритма, глаза закатились, кровяные пузырьки появлялись и лопались в углу рта всякий раз, когда она едва заметно выдыхала.
— ...татуировка на левом бедре. Манделла! Ты слышишь? Посмотри, на левом бедре, какая у нее кровь?!
— Группа «с», резус отрицательный,— Бог мой, я сто тысяч раз видел эту татуировку!
Струве начал передавать сведения, а я вспомнил о висевшем у меня на поясе пакете первой помощи и начал лихорадочно перебирать его содержимое.
«Остановить кровь... наложить повязку... ввести противошоковый препарат». Так в учебнике говорилось. Что-то я забыл, что-то там еще... «Обеспечить доступ воздуха», она дышит, что бы они ни имели в виду. Остановить кровь... Как ее остановить, если рана метр в длину, а у меня одна стерильная повязка?! Противошоковый препарат... Это я сейчас. Я выловил в пакете зеленую ампулу, приложил к руке Мэригей и нажал кнопку. Потом я положил повязку стерильной стороной на выпиравшие из раны внутренности, эластичный ремешок обвел за спиной, поставил нейтральное давление и дал ему затянуться.
— Что еще можно сделать? — спросил меня Струве.
— Не знаю,— Я отступил на шаг, чувствуя полную беспомощность,— Может, ты что-нибудь посоветуешь?
— Я такой же доктор, как и ты.— Взглянув в сторону двери, он сжал кулак, напрягая мускулы.— Черт, скоро они? У тебя в пакете есть морфплекс?
— Есть, но меня предупреждали: не вводить его внутрь...
— Уильям?
Мэригей открыла глаза и попыталась приподнять голову. Я поддержал ее.
— Все будет в порядке, Мэригей. Сейчас придет врач.
— Что... в порядке? Я хочу пить. Воды.
— Нельзя, тебе сейчас нельзя воды. Потерпи немного.— Ее наверняка будут оперировать.
— Откуда кровь? — сказала она тоненьким голосом. Голова упала обратно.— Какая я нехорошая.
— Это оболочка виновата,— быстро сказал я.— Помнишь, еще раньше появились складки?
Она покачала головой.
— Костюм?
Она вдруг побледнела, видно, ее тошнило.
— Воды... пожалуйста.
— Принесите полотенце или губку, смоченную водой.— Уверенный голос позади меня. Я обернулся и увидел дока Уильсона и еще двоих с носилками.
— Сначала пол-литра в бедренную,— сказал он, ни к кому определенно не обращаясь, после того как осторожно приподнял повязку и посмотрел на рану.— Отпустите пару метров отводной трубки, потом обрежьте. Проверьте, нет ли там крови.
Один из медиков ввел десятисантиметровую иглу в бедро Мэригей и начал переливать кровь из пластикового мешка.
— Не смогли мы сразу к вам,— устало сказал док.— Работы по горло. Что ты говорил насчет оболочки?
— У нее уже два раза перед этим были синяки. Костюм плохо прилегал, получились складки.
Док рассеянно кивнул, измеряя давление у Мэригей.
— Вы ей вводили...— Кто-то сунул ему в руки мокрое бумажное полотенце.— Ага, хорошо. Вы ей что-нибудь вводили?
— Одну ампулу «антишока».
Он сложил полотенце несколько раз и положил его в раскрытую ладонь Мэригей.
— Как ее зовут?
Я сказал ему.
— Мэригей, воды мы тебе сейчас не можем дать, но смочи губы полотенцем. Сейчас я посвечу тебе в глаза.— Пока он смотрел в зрачки Мэригей сквозь металлическую трубку, один из помощников измерил температуру с помощью электронного термометра.— Внутреннее кровотечение?