— Почему?
Мадуг пробуравил его взглядом.
— Потому что любой игрок превращается в зомби.
Ага, точно…Ник совсем в это не поверил:
— Чушь собачья.
— Неа, парень, это правда, — Бабба указал на Мадуга рукой с содовой. — Твой маленький друг гениален.
— Ага, гениально запирается в шкафчиках….
Ник не мог понять, как Мадуг может быть настолько умным, чтобы сделать программу или игру, но при этом не мог избежать людей, которые плохо с ним обращаются.
Мадуг поправил очки на носу.
— Я понял, что особая последовательность света и звука могут менять мозговые импульсы, или вообще отключить их. Понимаешь, мозг как компьютер, и если ты сможешь обойти текущий код, ты сможешь его взломать и изменить содержимое чьего-то жесткого диска.
Ник оценил это, звучало впечатляюще.
— Откуда ты все это узнал?
— Моя мама нейрохирург в Тулнейнском Университете, а мой отец исследователь-невролог в судебной медицине. Они ведут скучные беседы за ужином и заставляют меня их слушать, пока я жую гадость, приготовленную мамой. Мой отец сейчас ищет способы подавить агрессивное поведение, и это навело меня на мысль об игре. Я взял его записи, провел самостоятельное исследование, а затем Бабба научил меня основам программирования, чтобы создать уровни для игры, которая будет менять мозг.
Калеб ударил Ника по целому плечу.
— Вот видишь, чему можно научиться, когда слушаешь родителей?
Ник усмехнулся.
— Не об этом мои родители говорят, — но вот если кто-то захочет танцевать на шесте или выпустить кому-нибудь кишки, Ник знал к кому обратиться за советом.
Однако это был другой вопрос и сейчас совершенно бесполезный…. хотя потрошение может быть полезным, если за ним придут еще зомби.
— Так у кого игра? — спросил Ник Мадуга.
— Я дал копию Брайну, потому что он всегда доставал меня. Я хотел проверить, смогу ли я запрограммировать его, чтобы он успокаивался, когда у него возникало желание ко мне подойти. Вместо того, чтобы получать удовольствие от запугивания, оно должно было вызывать страх и заставлять его отступить. План был таков.
Бабба взял еще напиток.
— Он был подопытной свинкой Мадуга.
Мадуг, казалось, позеленел от этого комментария.
— Ага, а сейчас я не могу найти игру. Не знаю, у кого она, но в нее точно играли другие люди и поэтому у нас появляются зомби.
Бабба фыркнул.
— Ага, по двое, по трое, потому что детишки не хотят делать то, что делали мы в старые времена и играть в комнате самостоятельно. Что за ботанов сейчас растят? Ботаники с дружками играют в видео игры вместе. Кто в мое время слышал о таком? Это конец мира, говорю вам.
Ника смутила его вспышка гнева.
— Но Бабба? Разве вы с Марком не друзья?
— Черта с два. Марк мне не друг, он мой миньон.
Марк напрягся.
— Я предпочитаю последователя. Однажды я пытался назваться падаваном, но Бабба напрягся, сказав, что в кино и книгах всегда убивают учителей, и черта с два он умрет, пока не объяснит мне все, что следует знать об убийствах зомби.
— Тогда зачем ему позволять тебе называться последователем? Разве это не одно и то же? — спросил Ник.
Марк засмеялся.
— О нет. В кино обычно умирают последователи.
До Ника не доходила эта странная логика.
Бабба проигнорировал его, продолжив разговор:
— И так как Мадуг запрограммировал игру, чтобы отгонять от него Брайна, мы думаем, что это работает наоборот и поэтому они ищут его. Поэтому нам нужно переделать код, чтобы переключить их в нормальное состояние.
Звучало хорошо, но у Ника была одна проблема с теорией.
— А зачем они тогда приходят за мной?
Бабба и Мадуг раскрыв рот, уставились на него.
— Что?
— Двое из них пару часов назад напали на меня на работе, — объяснил Ник. — Они почти добрались до меня.
Бабба отрицая, покачал головой.
— Это не возможно. Код работает только с Мадугом и его ДНК.
Ник поднял здоровую руку и показал укус на повязке. Очередной.
— Верите или нет, но они пытались сделать из меня Ника в хрустящей корочке.
Бабба схватил его за руку, отодвинул повязку и уставился на две его раны.
— Ну разве это не интересно? — Ника поразило его безразличие. Было бы забавно, если это случилось со Стоуном, а не с ним. Но сейчас его не очень забавляло быть прорезывателем для зубов зомби.
— Я тебе не научный эксперимент, Бабба. Я не хочу быть интересным и точно не хочу быть шершавой резиновой игрушкой для зомби.
Бабба посмотрел на Мадуга:
— А зачем они пытаются съесть Ника?