И, наверное, поэтому в критический момент она сделала то, чего — насколько помнили Машины — не делала ни одна Машинная Сущность. Когда Ньютон в очередной раз предупредил её о серьезном повреждении геометрии, она отдала приказ остановиться в Глубине.
Гиперболоид по-прежнему создавал вокруг поле, позволяющее пройти через метапространство, но полностью остановил скольжение. И почти сразу корабль был увлечен чем-то, что те, кто сознательно прошел через Глубину, назвали «глубинным ветром».
Суперкрейсер был втянут в бездну, увлекая за собой «Солнечную Деву». Это было похоже на вход в самую сердцевину космического урагана, настолько огромного, что геометрия Машин была для него как пылинка. Глубинные призраки проникли сквозь корпус корабля, и он начал быстро терять свою реальность; он падал — или взлетал — в полном, бушующем хаосе.
— Фибоначия, — сказал Ньютон, — рекомендую немедленно выключить волновик.
Красивая Четверка открыла рот, но не ответила. Через гиперболоид проникла очередная глубинная волна, и весь корабль на мгновение исчез, чтобы появиться снова, слегка мерцая на грани существования. Эмиттеры данных, которые должны были показывать, что происходит снаружи корабля, потемнели и снова загорелись, заполнившись белым шумом.
— Фибоначия, — повторил спокойным машиным голосом корабельный ИИ, — рекомендую немедленно отключить волновик.
— Заткнись.
Этот совершенно не машинный ответ настолько сбил Ньютона с толку, что подключенная к spectrum юная Четверка успела ввести последнюю команду, подтвержденную все еще подчиненными ей и синхронизированными с ней Машинами. Геометрия последним сильным импульсом волновика притянула к себе эсминец и прикрепила к его обшивке, соединяясь с «Солнечной Девой» с помощью магнитных захватов. Это было полное безумие — повреждения «Солнечной Девы» превысили все допустимые нормы, а сам эсминец, как и геометрия, оказался на грани взрыва.
Гиперболоид задрожал и загремел десятками сигналов тревоги, а Ньютон запустил введенный Единством аварийный режим, освободившись от власти прекрасной Четверки. Достаточно было секунды, чтобы Фибоначия была буквально вытолкнута из spectrum — сила перенапряжения отбросила ее от машинного аналога навигационной консоли.
В этот момент гиперболоид замигал и застыл в мертвой темноте. Излучатели все еще трещали Белым Шумом, но он вдруг стал намного тише, а затем и вовсе затих, как и весь корабль. Командующая Четверка повредила корабль настолько, что его глубинный двигатель тоже вышел из строя.
Это длилось долгих шестнадцать и семь сотых секунды, в течение которых внезапно очнувшиеся Четверки, Тройки и подпрограммы поврежденного Ньютона пытались взять под контроль пронизывающие корабль жилы vinculum — машинной Связи. Ее перезапуск мог оживить корабль, но это было не слишком вероятно. Однако сработало, потому что по прошествии шестнадцатой мертвой секунды в геометрии начали загораться огни и запускаться тестовые программы.
Фибоначия встала. Она выглядела раненой — насколько это можно сказать о Машине. Ее кожа оказалась потрескавшейся в местах портов, отвечающих за соединение со spectrum и vinculum, а красивые глаза потемнели. В них больше не было белков — они заполнились чернотой, освещенной лишь серебристыми пятнами аварийных микрокамер, отвечающих за исправную работу линз.
— Ньютон… — прохрипела она.
— Машинная Сущность по спецификации Фибоначия, — ответил ИИ, — твои действия были оценены как опасные для планов Единства. Ты была лишена…
— Ньютон! Ты не видишь, что происходит?!
— Машинная Сущность по спецификации Фибоначия…
— Хватит это повторять! Ты не видишь, где мы? — спросила юная Четверка. — Ты не видишь, что мы не превратились в Призраков и не выпали из Глубины?
— Вышеуказанные утверждения не имеют отношения к сложившейся ситуации.
— Ты ошибаешься. Имеют, и даже большое. Можешь запустить просмотр в Эмиттерах Данных?
— Машинная Сущность по спецификации Фибо…
— Я спросила, можешь ли ты запустить просмотр в Эмиттерах Данных?!
ИИ попытался снова ответить, но тут его перемкнуло. Ньютон снова засомневался. Что-то явно было не так, и его внутренняя программа велела ему изучить ситуацию, переведя мятеж против командира на более низкий уровень приоритета.
— Секундочку, — наконец ответил он. — Подождите, пожалуйста.
Прошло еще шестнадцать секунд, прежде чем наконец Эмиттеры Данных активировались, и машинный эквивалент неостекла в spectrum внезапно заполнился пережженным белым светом с темными точками черных звезд.