Только через некоторое время он понял, что в них никто не стреляет.
Флот, прибывший из Выгорания, со смертельной, достойной восхищения точностью сосредоточился на Консенсусе. Ствол был залит странным, бледным светом и полосами загадочной Черноты. Часть чужих кораблей погибла сразу, сгорев от этой Бледности, а другая часть казалась теряющей свое существование и возвращающейся, но в призрачном виде.
Смотрящий на все это Стант то дрожал, то застывал, то бледнел, то краснел. Это было полное безумие. Вокруг суетились люди, а их адмирал медленно терял сознание. Он пришел в себя, когда в ОЗ снова появилось изображение Литона. Чужак не произнес ни слова, но смотрел на адмирала так пронзительно, что Джозеф пробормотал что-то непонятное и отвернулся.
В этот момент раздался сигнал тревоги, и флагманский корабль Ствола, несущий своего инопланетного командира, с грохотом врезался в «Фиону».
Такого простого столкновения можно было избежать, но трудно предвидеть в хаосе сражения. Мгновение после этого адмирал Стант запомнил до самого своего жалкого конца: крики, взрывы, сигналы тревоги, чернота за дырявой обшивкой и — прежде всего — голо Литона, уставившееся на него, будто Преображенный не видел ничего, кроме своего ненавистного адмирала.
«Фиона» выпустила спасательные капсулы, а остатки бывшей Первой флотилии, находившиеся в системе, начали запускать «Бритву утопленника». Но это не интересовало того, кто командовал Бледным Отрядом. Жалкие кораблики людей не занимали его мысли. Его интересовал только Консенсус, от которого вскоре не осталось и следа.
***
Она просила о встрече, но Тартус не хотел идти.
Он все еще не мог понять, как ему удается надевать скафандр и покидать «Темный кристалл». Каждый раз, когда он собирался это сделать, у него дрожали руки. Неудивительно. Во время каждой такой поездки у него было ощущение, что он никогда не вернется на борт прыгуна.
То, что «Темный Кристалл» до сих пор не стал частью Бледного Отряда, успокаивало его, но не надолго. У него было ощущение, что они балансируют на острие ножа, качаются на краю пропасти. Немного дальше зияла бездна. Почему им позволяют существовать? Почему они не интересуются двигателем, которого не существует? Боятся ли они взрыва в результате его изучения, как говорила эта выдуманная Энди? Он не знал и, в общем-то, не хотел знать. Пока ему нужно было сделать только одно: добраться до «Проклятия».
— Присматривай за Малой и Голодом, — проворчал он Тетке, которая была в шлюзе. — И не позволяй Гаму сесть тебе на голову.
— Да, Тартусик Фим. — Голо сбитого с толку ИИ кивнуло головой. — А ты ее приведешь? Она вернется?
— Не знаю, — пробормотал он, нажимая кнопку герметизации шлюза, чтобы через мгновение снова взглянуть на знакомое ему черное пространство, пронизанное Выгоранием, глубинными отголосками и серебристыми точками звезд. И, прежде всего, на обломки кораблей Консенсуса. Насколько он знал, это был уже пятый их флот.
Быстро все прошло.
Он отцепил магнитные ботинки и вылетел в пространство. Видимое неподалеку «Проклятие» ждало его с открытым ангаром. Удобнее, чем обычно, подумал он, но это не улучшило его настроение. Широкий вход на призрачный корабль слишком напоминал ему мертвые, голодные уста.
Через несколько минут он приземлился внутри и прикрепился ботинками к полу. Его пробрал озноб — поверхность мерцала, по ней пролетали призраки. Несколько раз ему даже показалось, что из глубинного фона выходят какие-то силуэты — вроде его жены и дочери — но тени не подходили к нему, не произносили его имени и не уговаривали его восхвалять Бледного Короля.
Ничто не сравнится с привычным.
Он вздохнул и пошел, стараясь не смотреть на ожидающего его Холодного. Эти страшные, мертвые существа никогда не нападали на него, но он не хотел проверять, что будет, если он станет медлить в пути. К счастью, как и в прошлый раз, Холодный — на этот раз это была, по-видимому, мертвая уже столетия женщина в боевом комбинезоне — не обратил на него особого внимания. Вместо этого он просто повернулся и направился в один из просторных коридоров, соединенных с ангаром.
— Надеюсь, Напасть тебя заберет… — пробормотал Фим. И немного ускорил шаг.
Стоящие в ангаре трупы бывших кораблей — золотых, разрушенных паромов и судов, похожих на небольшие вакуумные корабли Галактической Империи — возвышались над ним, как забытые надгробия. Они были покрыты старым льдом — инеем пустоты, дыханием Бледного Короля.
Тартус быстро понял, что на этот раз ему нужно идти в другое место.
Недавно он попал в место, которое напомнило ему тронный зал. Сегодня ведущий его Холодный — или, скорее, Холодная — свернул в ответвление старого коридора, и Тартус, идущий за ним, на мгновение затаил дыхание. То, что он увидел, заставило его содрогнуться.