Он помнил, что был один. Помнил, что ждал смерти. И помнил лицо наклонившейся над ним Фибоначии, которая вытащила его из этого ада.
Остальное было уже неопределенным туманом. Он умирал и не интересовался подробностями безумного бега красивой юной Четверки. Он чувствовал, что уходит из жизни от старости, что его органы отказывают ему в послушании. В этом уходе не было даже места для боли — он просто гас, как слабое пламя догоревшей свечи. Все это было уже вне его — его уже не было.
А потом он оказался в темноте. Он был и не был одновременно. На долю секунды ему показалось, что он видит проблески узоров и теней. Он был потерян, но спокоен. В конце концов, это была тьма. Он умер, но продолжал существовать в темноте. Это было необходимо, подумал он, хотя и не понимал, в чем заключалась эта необходимость. Достаточно того, что он существовал, а потом исчез. До тех пор, пока не открыл глаза и не понял, что что-то не так.
— Пикки.
Так его звали. Кто-то назвал его этим именем. Но ему все еще чего-то не хватало.
— Пикки, ты меня слышишь?
Голос, обращенный к нему, звучал тревожно. Он хотел найти источник этого звука, поэтому начал медленно приподниматься в сидячее положение. Он лежал на чем-то вроде металлической кушетки, выдвинутой из стены, как средневековая холодильная камера для хранения умерших. Так он был мертв? Да, был. И в то же время не был. Что это значило?
— Медленно, — услышал он. — Не торопись.
— Кто… — начал он, но сразу замолчал. Это был не его голос. Он звучал чисто, но гораздо более зрело. Он ничем не напоминал голос старика.
— Это я, — услышал он снова и, еще не уверенный даже в таком простом движении, повернул голову. — Ты же знаешь.
Рядом с кушеткой стояла Фибоначия.
Красивая юная Четверка смотрела на него с явным страхом. Заметив, что он смотрит на нее, попыталась улыбнуться, но у нее это плохо получилось. Пикки моргнул.
— Где я? — осторожно спросил он.
— В гиперболоиде, — быстро ответила она. — Это что-то вроде… хранилища, прикрепленного к Связи, то есть что-то вроде… программного сервера корабля. Как ты себя чувствуешь?
— Странно, — ответил он. — Вообще-то… я не знаю, как я себя чувствую.
— Все будет хорошо, — заверила она его.
— Я бы хотел… спуститься, — сказал он. — Что-то не так.
— Через минуту. Ты должен быть спокоен, Пикки, — сказала она с явной заботой. — И помни, что я люблю тебя.
— Ты любишь… — прошептал он неуверенно, пытаясь понять, что означает это слово. — Ты любишь меня…
— Ты знаешь, что да.
— Тогда помоги мне, — попросил он, и Четверка подошла к нему, прикоснувшись к его руке. Но это вдруг заставило его немедленно отдернуть руку.
— Что-то не так…! — почти крикнул он, нервно оглядываясь по машинной комнате. — Что-то…
— Пикки.
— Что со мной происходит?!
— Успокойся…
— Что… что со мной случилось?! — Он одним движением вскочил с кушетки и встал на ноги.
В тот же момент он пошатнулся, поняв, что стал выше и здесь явно что-то не так. Посмотрел вниз: на свои голые ноги, которые не были его ногами, и поднял руку, которая не была его рукой. Он хотел что-то сказать, но слова замерли у него в горле. Он дернулся и, прежде чем Фибоначия успела отреагировать, упал без чувств на холодный пол корабля Машин.
***
— Мы не можем больше ждать, — сказала капитан Бетти Уиллингхэм. — Датчики «Солнечной Девы» показывают, что в глубине сектора находится какой-то большой флот.
— Да, я знаю об этом, — согласился образ юной Четверки, отображенный в СН. — Они всего в нескольких днях полета от нас. Ньютон знает об этом уже несколько часов.
— Вы знали о них и ничего нам не сказали? — удивленно спросила Уиллингхэм.
— Я не собиралась… мы не собирались это скрывать, — быстро сказала Фибоначия, но Бетти успела заметить, что Четверка нервно сжимает пальцы. Что здесь, черт возьми, происходит? — Примите мои… наши извинения. Я скоро передам вам все данные по этому вопросу.
— Вы уже знаете, что это за флот? — настороженно спросила Бетти. Голо покачал головой.
— Нет. Сигналы слишком размыты. Похоже, что в этом секторе что-то генерируется и влияет на показания. Возможно, это какое-то новое Выгорание, вызванное нашим прибытием сюда. Я упоминала, что мы влетели в Глубину, связанную с ним, верно? — неуверенно спросила она, и эта неуверенность на мгновение ошеломила Бетти. — Возможно, мы таким образом привлекли Выгорание, хотя оно могло быть здесь и раньше… Оно мешает нашим датчикам… — повторила она. — Я… пока ничего больше не могу сказать, простите…