Этот мрачный парад сопровождали рои эребов — кораблей, которые выглядели как сотканные исключительно из тени и застывшей тьмы, тянущие за собой, как и остальная часть призрачного флота, полосы открытой Глубины.
Но это было не всё.
Что-то бурлило в бездне Стрельца А, бросая тень на полосы метапространства. Оно раздувалось, треща нарастающим льдом. Оно несло с собой раскаты грома. И медленно вырывалось наружу.
***
«Лента» все еще слегка мерцала после глубинного скольжения вглубь созвездия Руфа в Рукаве Персея. Они находились в открытом скоплении NGC 2414, хотя уже оставили позади Глубинный плацдарм Руфа-2 с нестабильной искрой, откуда вытащили последних людей: «Кривую Шоколадку» с ее новым, еще неизвестным им экипажем и — благодаря подключению Хаба к Синхрону — глубинным прыгуном Мистери Артез. Однако у них не было времени размышлять о своих дальнейших действиях.
Они слушали Маршала Галактических Вооруженных Сил Керкоса Санда, чье голо внезапно появилось над навигационными консолями всех единиц ГВС.
— ГВС подтверждает появление новых кораблей Машин по всей Выжженной Галактике, — сообщил бледный как смерть Санд. — Приказываю ввести высшую степень боевой готовности во Внутренних Системах! Нам уже известно о первых атаках Фрагментов Армады Машин на военные и гражданские объекты!
— Нет… — пробормотала Эрин Хакл.
— В этих атаках замечена определенная закономерность, — продолжил Маршал. — Похоже, Единство пытается захватить человеческие корабли! Мы должны сделать все, чтобы предотвратить это и упредить возможные планетарные атаки! Приказываю немедленно усилить Системные штабы! Все военные части, которые находятся рядом с СШ, должны отправиться на защиту человеческих систем! Повторяю: все военные части, которые находятся рядом с СШ, должны отправиться на защиту человеческих систем!
— Это конец… — прошептала Пинслип Вайз.
— Бесконечность, — согласился мертвый призрак доктора Харпаго Джонса.
— Никакого конца! — прорычал Миртон. — Хакл! Вызови Ната! Хаб! Мы заканчиваем операцию! Еще не поздно!
Все указывало на то, что он сильно ошибался.
Сначала погасло голо Керкоса, уступив место изображению Выжженной Галактики. Графические голограммы показывали наступающие со всех сторон Фрагменты Машинной Армады. В довершение всего атаковал Консенсус, усиленный очередной волной Возвращения, возглавляемой Аппаратом — трансгрессивной Машинной Сущностью, созданной Чужаками. Никто и ничто не могло противостоять такой мощи. Не в тот момент, когда человеческие корабли уничтожались Пробуждением персоналей, активировавшим спящих Преемников — Премашины, эволюционировавшие благодаря Единству.
Они долго смотрели на это. Не чувствуя течения времени, без слов, не в силах поверить в то, что видят. С нарастающим, ошеломляющим страхом.
А потом всё изменилось.
Что-то пронеслось через Синхрон — как ледяной программный рывок, закончившийся раскатом далекого грома. Подключенный кабелями к навигационной консоли Хаб Тански пронзительно закричал. В портах доступа компьютерщика раздался треск, как и в портах подключенного Грюнвальда и подключенного к консоли Помса. Тански, в отличие от капитана и старой, сошедшей с ума Машины, отлетел назад, как тряпичная кукла. В воздухе запахло гарью.
— Хаб! — крикнул Миртон, вырывая кабели. — Хаб!
Тански не ответил. Он неподвижно лежал на полу. К нему уже подбегали Месье и Пинслип Вайз. Только Эрин Хакл осталась на своем месте, не отпуская рукоятки управления — а точнее, сжимая их так сильно, что ее пальцы побелели.
— АмбуМед! — приказал Грюнвальд. — Быстрее!
— Он, кажется, не… — начал механик, поднимая голову и с ужасом глядя на Миртона.
— Забери его в АмбуМед, я сказал!
— Да… но он…
Посреди стазис-навигаторской стояла причина программного перегруза: призрак Антената.
Его образ казался все еще формирующимся и затвердевающим — как воплощенное видение кошмара, транслируемого Синхроном. От былой красоты Единственного не осталось ничего: лицо выглядело мертвым, деформированным и изрытым трескающимся льдом. Его комбинезон был разорван, а из полузакрытых глаз струилась тьма черной дыры.