— Выбор…? — замялась она.
— Я говорил тебе, что ты примешь определенное решение, — напомнил ей мужчина. — И, как я понимаю, оно принято. Единство доверилось твоей оценке ситуации, но ты не сказала ему правду. Ты подозревала, что за Дрожью стоит человечество, верно? И ты была права.
Дрожь, подумала Маделла. Да, именно это. Дрожь в Синхроне…
— За Дрожь отвечает аномалия по спецификации Хаб Тански, — объяснил мужчина. — До недавнего времени это была биологическая структура, развившаяся из машинного субстрата. Полная противоположность концепции Унитас, стремившейся создать машинных Преемников в результате биологической эволюции. Но это нас уже не интересует. Важно то, что благодаря Дрожи произошел раскол и образовались два отдельных пути эволюции. Как ты, наверное, догадалась, меня интересует путь, сосредоточенный на будущем Машин, находящихся в Выжженной Галактике. Поэтому меня интересуешь ты. И настолько, что я решил рискнуть собственной жизнью. Здесь, в сердце Выгорания… в логове того, кого вы называете Бледным Королём.
— Трансгресс… — прохрипела Маделла. — Ты машинный трансгресс…
Мужчина слегка улыбнулся, и в его глазах блеснули серебряные искорки.
— Нет, — отрицательно ответил он. — Хотя иногда я жалею, что это не так.
— Что ты со мной… сделаешь? — прохрипела она. Мужчина пожал плечами.
— Твой выбор определяет и мой, — сказал он. — Можно сказать, что я тебе должен, но я не чувствую того, что ты могла бы назвать чувством обязанности. Давай так: твое решение привело к определенному шагу Единства, который увеличил твое значение и поставил тебя в нынешнюю ситуацию. Но прежде чем я сделаю то, что должен, я хочу, чтобы ты знала, что мне это не доставляет никакого удовольствия. Энди может относиться к таким вещам легкомысленно, но я другой. Я полагаюсь на тщательные расчеты. То, что нужно сделать, необходимо.
— Что… необходимо?
— Чтобы ты отцепилась от упряжи оссеуса. И пошла со мной.
— А если я не пойду? — спросила она, удивляясь своей смелости. Ведь она чувствовала силу этого существа: оно излучало его, как неудержимая волна.
Мужчина вздохнул.
— Это конец, Маделла, — признался он. — Можешь верить или нет, но это конец. Конец всего, что ты когда-либо знала. Энди любит повторять, что все развалится, как карточный домик, и я думаю, что по крайней мере один из твоих «трансгрессов» повторил эхо этого утверждения… хотя и не до конца понял, что оно означает. Но карты уже разлетелись, и никто не соберет их обратно. Игра окончена. Твой конец… но твоя игра может еще немного продлиться, если ты согласишься вылезти из этой упряжи.
— Я не понимаю…
— Ты находишься в сердце Выгорания, — объяснил тот, кто представился Львом. — Вдали от обычного разрыва материи, в самом центре вечной Черноты. В этот короткий миг я позволил себе приостановить твою неизбежную гибель. Но я не буду сдерживать ее вечно. Скоро «Легат» развалится и погаснет, чтобы возродиться на службе холода. Преображенный и покрытый льдом, с тобой на борту, он станет одним из флагманских кораблей Бледного Воинства. Информация, которой ты обладаешь, будет высасываться до последней капли и использована… так же, как будешь использована ты.
— Нет… — прошептала Нокс, но Лев еще не закончил.
— Ты уже Пробудилась, или Единство попыталось это сделать, — сказал он. — Ты знаешь, что это значит. Однако Машинное Пробуждение — ничто по сравнению с тем, чем ты станешь. И я уверяю тебя: ты не хочешь стать очередным Вестником Бледного Короля. Отрицанием собственной сущности и существования. Проклятием настолько глубоким, что оно создаст тебя заново, как ужасную карикатуру самой себя. Поэтому ты выйдешь из оссеуса, а потом выйдешь из корабля.
— С корабля…?! — пробормотала Маделла.
— Да, — признало существо, и Нокс внезапно увидела, как за неостеклом поврежденного «Легата» растут дрожащие, испорченные полосы Глубины. — И побыстрее. Потому что через мгновение будет уже слишком поздно.
***
Лазурь, планета-столица Согласия, все еще парила в Mare Stellaris, Звездном море.
Сильное Выгорание никогда не доходило сюда. Машинная Армада Гибели, которой командовало Единство после обнаружения секретной базы человечества, так и не долетела с титаном «Nihilum» до Ближнего Рукава Трех Килопарсеков. Единственный след былых сражений назвали Нитью Мойры — это была тонкая полоса Выгорания, которая попала сюда не в результате выстрела, а вследствие живого разрастания Опустошения. Нить парила относительно близко к планете, но была настолько тонкой, что казалась незначительной.
Может, поэтому никто не мог поверить, что она стала причиной конца.