Теперь тот же кошмар должен был повториться — и это близ столицы Согласия.
Энергия, выброшенная «Утренней звездой», не напоминала разрушение, которое испускали Машины, оснащенные Оружием. Это не был концентрированный пучок, фокусирующийся на цели и создающий Точечное Выгорание. Это не были разрозненные лучи Открытого Выгорания, попадающие в несколько секторов пространства и соединяющиеся, чтобы создать разрыв в материи Вселенной. Оружие людей — частично основанное на технологии туннелирования — больше напоминало волну, которая несла с собой разрыв и сама была разрывом: она разрывала все, что попадало в ее радиус действия, и высвобождала трансформированную форму пустоты. Было трудно уклониться от такого удара, и уж точно не могли уклониться от него такие огромные сущности, как Длани.
Через мгновение, которое показалось очень долгим, экраны снова ожили. Тьма в СНОЗ «Звезды» была рассеяна светом. А призраки, скользящие к человеческой крепости, исчезли, как будто их никогда и не было.
Сначала никто ничего не сказал. Все просто смотрели в темноту, которая заполнила мониторы и сенсорные голо. Темноту, в которой не было видно даже звезд. А потом — как и в лазурном ШСС — по всей Стазис-Навигаторской Оперативного Зала колосса раздались плач, благодарственные молитвы и крики победы.
— Рапорт, — наконец произнес Стокс, но никто его не услышал. Адмирал подождал еще немного, чтобы наконец повернуться к ответственной за технический отдел Третьему Командиру, адмиралу Лете.
Худая, красивая женщина жестко кивнула головой и нажала кнопку компьютерного усиления голоса.
— Рапорт! — сказала она достаточно громко, чтобы ее наконец услышал главный корабельный техник. По всей «Звезде» воцарилась тишина.
— Мы все еще не уверены, — ответил через минуту вызванный специалист. — У меня здесь много белого шума, госпожа адмирал…
Лете снова кивнула головой. «Утренняя звезда», хотя и была самой большой тайной Выжженной Галактики, нанимала лучших специалистов, подготовленных Космическими Академиями. Сомневаться в их компетентности было бы как минимум неуместно. Тем не менее, в СНОЗ гиганта раздался тихий, тревожный шум, который прекратился только тогда, когда за огромным неостеклом суперкорабле стал виден выжженный разрыв.
То, что когда-то было Призраками древних Дланей, перестало существовать. Посреди дрейфующих обломков можно было разглядеть сердце нового Выгорания, напоминающее центр небольшой черной дыры, разрастающейся щупальцами по всей системе.
— Удалось, — безжизненно объявил Стокс, но никто не позволил себе вздохнуть с облегчением или воскликнуть от радости.
Выгорание, ранее видимое как хрупкая Нить Мойры, внезапно выросло до размеров живого кошмара. Лазурная система уже никогда не будет такой, как раньше. Возможно, ее агония длилась бы много веков, но колосс, уничтожив призрачные Длани, обрек ее на неизбежную гибель.
— Примите мои поздравления, — прозвучал голос Маршала Санда. — Что бы это ни было, я уверен, что… — Что-то щелкнуло, и голо внезапно замигал, как большинство электронных устройств в СНОЗ. — Что там происходит?
Из недавно усиленного человеческим Оружием Выгорания выплыл титанический грим.
Гигантское судно было как минимум на десять километров больше «Утренней Звезды». В принципе, он даже не выглядел как корабль: скорее напоминал космический город. Город — как внезапно почувствовали все, глядя на обветшалые от старости эмпоры, темные мосты, башни и архикафедры — мертвый, как лед пустоты, сковывающий его набережные, часовни, мавзолеи и раскидистые кладбища черных башен.
— Невозможно… — пролепетал Стокс.
Сразу за гримом вылетели эребы и корабли Призрака — роем настолько огромным, что его невозможно было сосчитать всеми сканирующими космическое пространство системами отдельных Оперативных залов и ШСС. Люди на борту «Звезды» инстинктивно отступили. На мгновение все замерли, пока Люцифер — кастрированный Искусственный Интеллект крепости — пытался взять под контроль неожиданный хаос.
Кто-то начал кричать, и крик разнесся по воздуху, смешавшись с визгом, рыданиями и молитвами. Третий Командующий, адмирал Лете, пошатнулась и наверняка упала бы на пол, если бы ее не поддержал Пятый Командующий, адмирал Тиворски.