Он сделал еще несколько шагов. Прислушался, но до него доносились лишь звуки работы «Черной ленточки» — шум машинного отделения, стук электронного оборудования, тихие писки энергостатов, проверяющих уровень энергии ядра в проводящих трубах… и, конечно же, белый шум, который он про себя назвал Белым Шумом с того момента, как понял, где его источник.
Но что он на самом деле знал? Немного. Их атаковал корабль-призрак? Это какой-то новый трюк Консенсуса? А может, Машин? Нет, что-то другое. Что-то, что проникало в его душу, наполняя ее непонятным ужасом. Что-то, что не должно было никогда существовать. Что-то связанное с этой чепухой о Холодных… о Мертвых, о Бледных Детях Бледного Короля, о которых несколько раз бормотал тот одержимый трансгресс.
Отлично. Только этого мне не хватало, подумал он. Трансгрессовой чуши…
— Клеом? — спросил он хриплым голосом, хотя последнее, чего он хотел, это услышать ответ. Результат был плачевным, зубы слегка стучали. Но он повторил: — Ты там, засранец? Не читал в последнее время какую-нибудь интересную книгу? Пойдем, я покажу тебе последний бестселлер, напастный ублюдок…
Громкий шум, который он внезапно услышал, чуть не заставил его выскочить из кожи.
Звук доносился из кабинета Джонса — дверь была приоткрыта, но Месье еще не подошел к ней настолько, чтобы заглянуть внутрь. И он совершенно не хотел этого делать.
— Эрин, — прошипел он, включая контактный микрофон. — Эрин!
— Я здесь!
— Ты что-нибудь нашла? В кабинете доктора что-то происходит…
— Я же сказала, не шевелись! — услышал он в ответ. — Подожди… Харпаго утверждает, что на корабле больше никого нет. У нас также есть данные с камер наблюдения. Что бы ты ни слышал, это, скорее всего, не… Холодный.
Холодный, подумал механик. Значит, она тоже видела эти призраки.
— Я иду, — решил он. Однако он не сдвинулся с места; что-то его блокировало и отпустило только тогда, когда он позволил себе тихо выругаться.
Кабинет доктора Харпаго выглядел так, будто его охватил внезапный мороз.
Первое, что заметил Месье, был маленькое облачко пара, выходящее из его уст. Затем он почувствовал температуру: ледяной, мертвый воздух. Механик слегка вздрогнул и переступил порог.
— Хаб? — неуверенно спросил он. Он уже видел, что колпак АмбуМеда открыт и Тански в нем нет. — Хаб…?
Что-то щелкнуло. Месье отступил, удивленно глядя на катящуюся по полу банку с усиленным флюидом, произведенную, как гласила кричащая красная надпись, LOCO, официальным деловым партнером ТрансЛинии. Когда механик понял, что целится в нее из плазменного пистолета, он поднял глаза.
Недалеко от АмбуМеда, у стены, дрожал как осиновый лист Тански.
Компьютерщик был голый и бледный. Его тело покрывал легкий иней: ледяной, хрупкий порошок. На полу уже образовалась небольшая лужица тающего льда.
— Хаб? — неуверенно повторил Месье. — Все в порядке?
— В как… Напасть… наилучшем… — пролепетал Тански, громко стуча зубами.
— Ты жив…! — Механик в одну секунду забыл о своей прежней осторожности. Он подбежал к лежащему компьютерщику, присел рядом и протянул руку, прикоснувшись к его телу. Кожа Хаба была неестественно холодной, но сейчас это не имело никакого значения. — Ты можешь двигаться?
— Как… видно…
— Подожди… — Месье постучал по контактному микрофону. — Вы там? Я нашел Тански! Он жив, но весь дрожит! Похоже, он замерз!
— Иду! — услышал он голос Миртона. — Посмотри, можно ли его усадить в АмбуМед!
— Конечно! — ответил механик. Он начал поднимать компьютерщика, но тот, к его удивлению, оттолкнул его руку.
— Нет… — пробормотал он. — Не туда…
— Хаб, ты выпал из АмбуМеда, — попытался объяснить Месье, но Тански резко покачал головой. — Не дури, ты получил травму…
— Нет… я не хочу…
— Ладно. Ладно! — согласился механик, удерживая Хаба от очередного толчка. — Я никуда тебя не буду сажать, ладно? Я только помогу тебе встать… Что случилось с твоим комбинезоном? Ты холодный, как… — Прервался. В кабинет доктора вбежал Миртон Грюнвальд. — Капитан? Тански не хочет садиться в АмбуМед…
— Хаб, — слегка запыхавшись, бросил Миртон, наклонившись над компьютерщиком. Вместе с Месье они медленно поставили его на ноги. — Ты выглядишь ужасно…
— Спа… спасибо…
— Упрям как осёл, — заметил механик.
— И всё равно его туда не стоит сажать, — задыхаясь, прохрипел Грюнвальд, глядя на АмбуМед и поддерживая Тански. — Похоже, оборудование повреждено… Посмотри, Холодный, наверное, ударил его… Крышка открыта, и, кажется, что-то там перегорело…?
— Проклятая Напасть…! Только этого не хватало…