— Ничего не говори. — Грюнвальд присел на корточки у аппарата и начал калибровать оборудование. — Оставь это мне. Я уже делал это… два раза. Как это выглядит, Джонс?
— Функция не работает.
— Напасть. А теперь?
— Функция не работает.
— Сломано, — скривился Миртон, отрывая сканер от тела Хаба и прикасаясь к собственной груди. Устройство пискнуло, и на небольшом экране, как и на одном из мониторов АмбуМеда, появилась техническая справка. — Все в порядке, заработало, — признал он, снова прикасаясь к телу Тански.
— Функция не работает, — сообщил Харпаго. — Как я и говорил вначале и несколько раз потом. Не работает.
— Какая еще «функция»? — раздраженно спросил Миртон. Призрак слегка моргнул, по голо прошел электронный шум.
— Мне очень жаль, господин капитан, — сказал он. — Мне очень жаль, Хаб. Если это функция не работает, то одно можно сказать наверняка.
— Что? — прокашлялся Тански. — Что, по-вашему, наверняка, доктор?
Доктор Харпаго Джонс побледнел, как будто решение сообщить пациенту требовало от него больших усилий. Однако через мгновение он просветлел и посмотрел прямо в глаза Хабу. Его собственные глаза потемнели, как будто снова смотрели в Глубину.
— Это, — наконец сказал он, — значит, ты мертв, Тански. Ты полностью и необратимо мертв.
6
Потеря
Враг имеет огромное военное преимущество! Мы потеряли связь с Лазурью и Синхроном! Мы отрезаны, повторяю: мы отрезаны! Меня слышит кто-нибудь?! Повторяю: меня слышит кто-нибудь?! Это «Хризантема»! Это «Хризантема»! Меня слышит кто-нибудь?! Нам нужна немедленная помощь!
экстренное сообщение с крейсера «Хризантема»,
командующий капитан Рем Ло, Обод Федерации,
открытая группа NGC 884,
сектор 456-22, система Сомако
Консенсус Ксено никогда не пользовался Синхроном.
Древняя Галактическая Сеть была ему хорошо известна. Во время изгнания Ушедшие не имели представления о новообразованном Потоке. Попытку появиться в его синхронной версии после предполагаемого предательства Единства предпринял только Аппарат — трансгрессивный Искусственный Интеллект Ксено — хотя и здесь определение «трансгрессивный» могло не совсем соответствовать фактам.
Космическую навигацию можно рассматривать по-разному, но ключевым фактором в ней всегда была Глубина. Тем более, что она сама по себе не являлась единственной проблемой. Еще во времена Галактической экспансии, оплаченной множеством жертв, потерянных в Глубине и космосе, стало понятно, что Млечный Путь более активен, чем казалось. В нем взрывались сверхновые и рождались новые звезды. Прибывшие из далекого космоса астероиды уничтожали целые миры. Кажущаяся статичной форма звездных систем могла меняться под воздействием внешних факторов, а галактическое время, ловко обманываемое Глубиной и глубинными излучателями, оказывалось несоизмеримым… хотя Старая Империя унифицировала его настолько, насколько это было возможно. Поэтому единственным разумным выходом, ведущим к относительно безопасному плаванию, оказались локационные буи и взаимодействующая с ними Галактическая Сеть.
У Чужаков это тоже выглядело по-другому.
Часть рас не была вообще заинтересована в межсистемном плавании. Другие обладали способностями, которые можно было бы назвать телепатическими, если бы среди ксено существовал эквивалент этого термина. Другие расы полагались на нечто похожее на животный «инстинкт», позволяющий им не вполне осознанно летать среди звезд. А многочисленные разновидности инопланетных видов обладали собственной, непонятной технологией, позволяющей им ориентироваться в Выжженной Галактике. Поэтому древние Мыслители Империи верили, что ни одна из ксено-рас не создала ничего похожего на Галактическую Сеть — а точнее: не удалось доказать, что такая сеть существует.
Для Чужаков изобретение людей было призраком, электронным шумом, нарушающим естественные потоки космических ветров, током между Рукавами Выжженной Галактики — хотя, возможно, они могли бы поглотить его и погасить.
Однако это не меняет того факта, что Консенсус заметил исчезновение Синхрона. И в очередной раз воскресил своего Избранника.
Творение — странный корабль Чужаков размером с большой суперкрейсер, то есть достигающий десяти километров в диаметре — все еще находился за пределами Выжженной Галактики, за Рукавом Лебедя. Хотя он казался неподвижным, он дрожал и менял свою форму, то напоминая совокупность связанных между собой ксено-патогенов, то через мгновение выглядя как черный гниющий цветок, покрытый чужими голопроекциями. Это место обитания многих рас Чужаков и резиденция electi, возможно, не было главным кораблем Консенсуса… но было самым надежным эквивалентом такого рода судна. Именно здесь сосредоточивалась мысль — или, скорее, Мысль: совокупность потребностей, убеждений и ожиданий, а также непонятных решений Вернувшихся — смешанных и, с точки зрения человека, совершенно шизофреничных. Мысль, которую в случае необходимости мог выразить Преображенный Кейт Тельзес.