— Как быстро вы ходите! — воскликнул он, вытаскивая откуда-то платок с вышитым монограммой ВВ. — Напасть, у вас хорошие ноги… в смысле скорости, конечно… Простите за шутку! — хихикнул он, но смех был немного приглушен кашлем. Его персональ, должно быть, работала на полную мощность после такого бега.
— Адмирал. — Она кивнула головой, продолжая идти к припаркованному ПКХ и ожидающей Пи.
— Можно вас пригласить на кофе? — бросил, топая рядом, Валтири, вытирая платком невидимые капли пота со лба.
— Кофе?
— Рядом есть одна из офицерских столовых, — сообщил он. — Буквально в двух шагах! Я хотел бы поговорить с вами… вне официальной встречи.
— Я не уверена… — начала она, но Вент махнул рукой, как будто отгоняя назойливую муху.
— Пять минут! — пискнул он. — Это все, что мне нужно. Дело… как бы это сказать… очень важное. И довольно, хм, интимное.
Неужели раскол в Троице? — подумала Артез. Валтири всегда казался ей самым слабым звеном… С другой стороны, она не была уверена, что его не послали остальные.
— Раз вы настаиваете, — согласилась она тоном, указывающим на готовность пойти на уступку.
— Определенно! — хихикнул он. — Итак? Госпожа позволит?
Она снова кивнула, одновременно подарив ему натянутую улыбку. Адмирал Вент, однако, уже был в своей стихии: он повел ее почти танцевальным шагом вдоль променада, чтобы галантно указать ей вход в величественную — как и все на «Славе» — столовую.
— У нас еще есть системные запасы, — щебетал он, когда они проходили через зал, полный прикрепленных к полу столов, занятых той частью экипажа, которая в этот момент была на обеденном перерыве. — Восстановление все еще не работает… но «Слава» может обойтись без него еще как минимум несколько лазурных месяцев…
— Рада это слышать, — пробормотала она, думая, сколько еще продлится болтовня Валтири. Но самодовольный адмирал не почувствовал и тени иронии. Он указал ей место и сел рядом, за столом одного из автоматических баров, где подавали напитки, кофе и флюид.
— Простите меня за всю эту криптологию, — начал он, немного серьезнее, — но ситуация становится все более напряженной.
— В смысле?
— Вы наверняка заметили, что адмирал Фанилл не слишком симпатизирует капитану Грюнвальду. — Вент протянул руку к только что наполненной термокружке. — Насколько я понимаю, вы слышали слухи?
— Это зависит от того, какие. — Мистери улыбнулась немного неискренне. — Те, что касаются романа адмирала с Хармонией Данвич?
— Ха! А вы все-таки злобная! — хихикнул Валтири. — Нет, речь идет о названии нашего флота, или, скорее, флотилии, учитывая ее размер. Несмотря на хаос, о котором упоминал адмирал Хест, она действительно впечатляет, не так ли? — Артез не ответила. — Наш дорогой трансгресс прекрасно справился. Неудивительно, что Фаниллу не понравилось название, которое ходило по коридорам «Славы»… и, насколько я знаю, на других кораблях тоже.
— Вы имеете в виду «Спасенные», адмирал? — спросила Мистери. — Или «Похищенные»? Я слышала обе версии, включая «Оставленные» и «Добыча Охотника»…
— Нет, — отрицательно ответил Вент, чья веселость внезапно несколько померкла. — Думаю, вы хорошо знаете, о каком названии я говорю. О том, которое я считаю потенциально… хм… опасным.
— А именно?
— Ну… я имею в виду «Флотилию Грюнвальда».
Он хитрее, чем мне показалось сначала, подумала Артез. Сразу в цель! Он всегда только хихикал, а я должна была догадаться, что это дымовая завеса. С другой стороны: чему удивляться? Как еще он мог бы занять столь высокий пост? Хихикая в углу?
— Может быть, действительно, — сказала она, беря в руки свою термокружку с кофе, сдобренным флюидом, — что-то до меня долетело. И вы считаете это выражение опасным?
— Вся эта история с Грюнвальдом такова, — признался адмирал. — И это не должно вас удивлять. В самом начале, напомню, вы были не в восторге от «похищения Охотником», как и Фанилл.
— Я изменила свое отношение, когда ознакомилась с ситуацией.
— Никто не знает ее до конца, — возразил Валтири. — У нас есть только отрывочные сведения. Между тем адмирал Фанилл, как и адмирал Данвич, имеет сильное влияние на капитанов отдельных единиц нашей флотилии. Большинство из них считают, что Грюнвальд и эта история с импринтом подрывают авторитет людей, которые годами занимают командные должности. Должности, кстати, вполне заслуженные. Но есть и те, и их довольно много, кто на стороне Грюнвальда, считая его… — Вент замялся, и на его веселом лице снова появилась легкая улыбка, — своего рода героем.