Поезд между тем приближался к Берлину. Осенняя Германия с ее пасторальными городками и деревеньками, с ее ветряками, похожими на гигантские инопланетные растения, и стаями журавлей, отдыхающими на полях перед тем, как отправиться на юг, была пронзительно прекрасна. Я вспоминала наш разговор с Юрой накануне в Грайфсвальде, в лавке с местной рыбой, за завтраком, состоящим из кофе и булочки с невероятным копченым палтусом. Хотелось бесконечно гулять по прохладным улицам, где увядали розы и полыхала герань, среди гигантских кораблей-соборов, среди старых лип и домов, выкрашенных в яркие, но чистые и нежные цвета, отчего город даже в конце сентября напоминал корзинку с пасхальными яйцами.
– Слушай, по-моему, мы с тобой два дурака, – сказала я. – Зачем нам в этот раз так уж нужно было ехать во Францию? Вряд ли это хорошая идея – смешивать две такие разные страны. Остались бы лучше здесь еще на несколько дней. Всю рыбу перепробовали бы. Всех местных котов перегладили. Всех ежиков пересчитали. Послушали бы орган в соборе в воскресенье. Съездили бы в Штральзунд, на Рюген, еще куда-нибудь. Мне здесь так хорошо, что я боюсь не довезти это впечатление до дома, расплескать его, затереть. Даже если во Франции будет замечательно, забыть все это будет жалко.
– Мы ведь заранее не знали, что здесь нам так понравится, – ответил Юра. – А ты бы потом жалела, что не увидела свою Ла-Рошель. Лично я от Франции просто ничего не жду, ни хорошего, ни плохого.
А чего ждала я от страны, которую всегда любила и где побывала всего один раз, двадцать лет назад? Чего ждала от города, который сделала местом действия своего романа, родиной вымышленного героя, и пыталась, конечно, придерживаться исторической правды, насколько могла о ней судить по картам, фотографиям и старым открыткам, но хорошо понимала, что ожидания вряд ли будут соответствовать реальности? Я заранее представляла, как буду хвататься за голову на каждом шагу: «Аааа, все не так!» И все-таки мне не хотелось и дальше представлять этот мир исключительно с чужих слов. Это желание жило во мне уже не один год, и ему предстояло вот-вот осуществиться. Дело оставалось за парой пустяков: одним автобусом, одним самолетом, одним трамваем и одним поездом.
За окнами тянулись кварталы Берлина. Еще один несбывшийся в этот приезд и отложенный «на потом» город... Неотвратимо приближался Центральный вокзал. Остановка. Мы подхватили вещи и шагнули в толчею и суету. Отвыкли мы от такого за неделю жизни в мекленбург-померанской провинции!
Захотелось немного постоять на вокзале, перевести дух, прежде чем двигаться дальше. Мой желудок по-прежнему не принимал никакой пищи, но голова требовала кофе, отказываясь без него принимать решения. Я заодно попыталась поймать вай-фай, но он не ловился.
Автобус до Тегеля обнаружился легко. Пробок по субботнему времени не было. Мы вместе с тетей Любой, которая хотела проводить нас до самолета, заняли удобный уголок и настроились на гораздо более долгую поездку, но вот уже закончился город, вот уже промелькнули поля, и пора выходить. Мы никогда не были в этом аэропорту и не знали, куда нам нужно, потому что даже толком оформленного электронного билета на рейс известной европейской бюджетной авиакомпании у нас не было. Во всяком случае, выглядел этот билет для нас непривычно. Ничего, решили мы, что тут может быть сложного, увидим на табло, где наша регистрация, и пойдем туда, даже если она в противоположном терминале. Времени у нас было столько, что успели бы еще переехать из Тегеля в другой аэропорт, Шенефельд, а не то что в другой терминал.
Первое впечатление от аэропорта было – недоумение. Там, куда мы вошли, почему-то висело допотопное табло из поворачивающихся с характерным треском и скрежетом полос, и оно наш рейс не показывало. Мы решили, что просто еще слишком рано. Немного постояли. Немного погуляли. Решили, что неплохо бы найти автоматы для самостоятельной регистрации и зарегистрироваться, как это делали на наших глазах пассажиры «Люфтганзы». Но автоматов нашей компании было что-то не видно. Повсюду к окошкам дисциплинированные продвигались небольшие очереди, такие, как я себе и представляла, маленькие табло приветливо горели зелеными огоньками, все было тихо и благолепно. День за окном наливался светом и обещал быть очень солнечным.
Так мы провели около часа и не помню уже где и как наткнулись на большое современное табло. Там светился и наш рейс на Париж. Терминал С, сообщало табло, стойка 10, идет регистрация.