Но корабли продолжали путь. Данные текли сплошным потоком.
И каждый раз внимание цеплялось за ту или иную форму жизни. И формы эти оказывались все более странными.
Большинство этих миров, казалось, было пристанищем сложных форм жизни – то есть не только бактерий, но и растений и животных. Однако миры Долгой Земли отличались друг от друга случайным образом, в результате различных событий прошлого, которые могли быть похожими либо нет. А массовые вымирания, разбросанные по всей истории Земли, казались Мэгги самыми удачными бросками космических кубиков. Даже миры, более близкие к Базовой, чем к Вальгалле, будто отражали разные исходы того сильнейшего удара, положившего конец эпохе динозавров на Базовой. Там встречались странные наборы животных, которые были похожи или не похожи на динозавров, на млекопитающих или на птиц.
Но там, где сейчас находился «Армстронг», все было еще удивительнее. Мэгги узнала, что на Базовой Земле более чем за двести миллионов лет до происхождения человека было еще одно массовое вымирание, когда вымерли первые млекопитающие, ранние динозавры и предки рептилий. Сейчас же, в миллионах переходов от Базовой, они нашли последствия различных исходов того эпохального события, где в спутанных экосистемах млекопитающие-охотники преследовали динозавроподобных травоядных или похожие на насекомых хищники гонялись за пресмыкающимися. Были здесь и миры, населенные рептилиями размером с тираннозавров или рапторами – с мышей и с похожими на иголки зубами…
Но если смотреть не на детали, а в целом, то после первых дней их скоростного путешествия Мэгги поразило чистое буйство той стихийной жизненной силы, что стремилась найти свое выражение всеми возможными способами, во всех возможных местах, во всех возможных мирах, – и находила его в живых существах, которые развивались в условиях жесточайшей конкуренции, – существах, которые дышали, плодились, боролись, умирали.
Спустя некоторое время это ощущение стало непреодолимым. Мэгги ушла от него, погрузившись в знакомую рутину.
Глава 15
На девятый день после запуска китайского двигателя Мэгги сидела у себя в каюте и писала отчеты. Едва подняв голову, она почувствовала, что корабль в который раз остановился. Очередная научная стоянка – ей бы доложили, если бы существовала необходимость или если бы они наткнулись на что-нибудь интересное для нее.
Но на следующий день, когда корабль так и не двинулся с места, ей позвонил Джерри Хемингуэй:
– Капитан, прошу прощения за беспокойство. Наверное, вам стоит взглянуть на это самой.
Она посмотрела на землеметр: тот показывал Запад-17297031. Ей тут же захотелось на свежий воздух.
– Сейчас выйду. Какая там погода?
– Мы стоим у морского берега. Здесь свежо, февраль все-таки. Одевайтесь потеплее и лучше выходите в непромокаемой обуви. И, капитан…
– Да, Джерри?
– Ступайте осторожнее.
– Увидимся на выходной палубе.
Поднявшись, она взглянула на Шими.
– Ты пойдешь?
Шими фыркнула:
– А Снежок там будет?
– Наверное.
– Возьмите мне футболку.
Мэгги Кауфман стояла на песчаном пляже, у спокойно плещущегося моря. Она задумалась, было ли это Внутреннеамериканское море, как в поясе Вальгаллы, или о таком понятии, как Америка, здесь не могло быть речи – ведь материки скользили по Земле, как кусочки пазла по наклоненной поверхности лотка.
Рядом с ней находились Джерри, Снежок и мичман Санторини, которого она назначила неофициальным сопровождающим для бигля. Мэгги заметила, что даже Снежок, обычно ходивший босиком, сейчас был в тяжелых самодельных ботинках. Чуть впереди бо́льшая часть научной группы Джерри делала записи, составляла карты, проводила наблюдения этого ничем не выдающегося пляжа, океана и дюн. Среди них также были двое вооруженных морпехов, выделенных Майком Мак-Киббеном, их прямолинейным, страдающим от безделья сержантом. Никто из команды летчиков не знал наверняка, для чего морпехов направляли в сопровождение подобных экспедиций – следить ли за местными динозаврами и крокодилами, за самими летчиками или же за говорящей собакой.