Коридор пуст. Слева от меня кухня. Лишь лунный свет наполнил собой всё её пространство. Тонкая, давящая тишина затмила всю мою внутреннюю тревогу и волнение. Мне стало легче анализировать ситуацию. На первый взгляд здесь ничего не изменилось, но, тем не менее, для меня всё ново. Я подхожу к стене с фотографиями. Глядя на них, впервые за бесконечно долгое и мучительное для меня время я почувствовала себя дома. На моей душе стало легко и спокойно. Я несколько месяцев не могла позволить себе расслабиться хотя бы на миг. В итоге у меня всё получилось, и сейчас я стою у этой стены с нашими фотографиями, на которых мы с Аксеем счастливо улыбаемся. Море, европейские страны, фотографии родных, друзей, мимолетные кадры. Всё это здесь. Эти кадры убеждают меня в том, что каждый пережитый мной болезненный миг оправдан. Смотря на фотографии, я почувствовала сою принадлежность к этому месту. Я по-настоящему вспомнила, что я не одна и вся моя прежняя жизнь оказалась не только сказочным сном.
Я протягиваю к одной из фотографий руку и нежно провожу по её поверхности кончиками пальцев.
— Аксей… — шепотом выдавливаю я из себя.
По моему телу волной покатились мурашки. Я всхлипываю. Закрыл глаза, я опёрлась головой о стену, продолжая при этом нежно теребить одну из фотографий. В моей голове не укладывается, почему всё это случилось именно с нами? Всё позади, но даже теперь мне нет покоя. Всё может перемениться в мгновение ока. Теперь я чувствую себя законченно эгоисткой, поставившей под удар всех своих близких. Возможно это неверное суждение, но доля правды в нём есть. Я не знаю, чего мне теперь ждать от Гвида. Быть может он даже и погиб, но я не смогу спокойно жить до тех пор, пока уверенности в этом не будет достаточно. Моя интуиция, в первую очередь, и моё хорошо сложившееся представление о Гвиде яростно кричат мне, что это ещё не конец.
Полумрак незаметно заполнил весь коридор. Сквозь стены и перекрытия послышались голоса соседей, явившихся домой в конце привычно прожитого для себя дня. Их разговоры возвращают меня в реальность, которая тут же начала требовать от меня решительных действий.
Наконец-то, оторвавшись от стены, я направилась на кухню. На улице стало светлее от горящих снаружи фонарей. Фасады противоположного дома засияли светом из окон квартир. Люди возвращаются в свои обители, к своим семьям, к своим разговорам и житейским радостям.
Окончательно переборов свои эмоции я начала двигаться дальше. Обойдя каждый уголок квартиры, я поняла, что кроме меня в ней никого нет. Единственная не обследованная мною комната — это спальня. Теперь я стою перед дверью и в неё. Крепко обхватил ладонью холодную ручку, я провернула её с невероятным внутренним волнением. Послушался легких щелчок механизма. Дверь открыта. Я вхожу.
Как и на кухне, в окно спальни настойчиво врывается уличный свет. На его фоне вырисовались силуэты всё так же стоящих на подоконнике орхидей, которые я не так давно выращивала в подарок Аксею. Я сделала несколько коротких шагов внутрь комнаты и закрыла за собой дверь. Не трогаясь с места, я изучаю комнату взглядом. Всё её содержимое до боли родное и знакомое. Я уловила тонкий аромат своих же духов, стоящих точно на том же месте, где я оставила их в день моего последнего пребывания здесь. Я подошла к комоду и взяла их в руки. Все эти мелочи медленно, но уверенно возвращают меня в моё законное прошлое, которое теперь является и настоящим и будущим, и не важно, насколько тернистым к нему окажется мой путь. Брызнув на себя духами, я поставила их на место.
Открыв шкаф, я увидела в нём свои вещи. Меня наполнило внутреннее тепло. Мои вещи тоже здесь, и это значит, что он ждёт меня. Несчастный Аксей. Сколько же боли он вынес, ожидая моего возвращения, после того, как я канула в «небытие», не оставил после себя ни единого следа. Господи, я надеюсь, что здравомыслие не покинуло его голову, и он не натворил каких-нибудь глупостей.
Тихонько прикрыв дверцы шкафа, я уселась на постель. Теплая, нежная постель манит меня лечь. Я рухнула на неё без малейшего сопротивления. Засим я так и не смогла заставить себя подняться до самого рассвета. Всю ночь я так и не сомкнул глаз. Всё это время я упивалась воспоминаниями и думала. Я думала, как быть дальше. Как мне теперь поступать. Всё нужно делать крайне осторожно. Нужно идти против системы.
Сбеги бы я от какого-нибудь обычного психопата — я бы первым делом направилась в полицию. Явись я к ним со своей правдивой историей — психопатом сочтут меня. Далее, решившись действовать в открытую, показав тем самым всем, кем я теперь являюсь, я потеряю свободу действий, и уже никак не смогу бы защитить других и себя от Гвида.