Сейчас мне не стоит утомлять Янику подобными вопросами, и я решил перевести тему в другое русло, отложил подобные вопросы на после.
Последний штрих. Мы снова вышли на улицу и, дождавшись рассвета, который наступил очень скоро, закопали пузырёк под берёзой с восточной стороны её ствола.
Это был очень утомительный отрезок времени. Ночь пролетела одним мгновением. Мы, наконец-то, нормально поели. Я окончательно согрелся лишь после горячего чая у камина. Немного позже я два не уснул с чашкой в руках. Яника устала не меньше моего. Мы отправляемся спать.
До меня доносятся странные звуки. Это какой-то тонкий гул. Прислушавшись, я узнал в гуле доносящийся издали звуки колокола. Неужели среди этих дремучих зарослей есть церковь.
Звук начал затихать, точно отдаляясь. Мне не хочется терять его. Я делаю первый шаг и под моими ногами захрустела тонкий наст, а сами ноги по щиколотку ушли в снег.
Я в довольно мрачном, чёрно-белом зимнем лесу. Даже воздух в нем необычный. Он пропитан чем-то непривычным для меня. Дыша им, я чувствую лёгкий привкус страха. Хотя это даже и не страх вовсе. Это больше походит на дикий ужас. Надеюсь, что это чувство не станет нарастать.
Под моими ногами хрустит наст. Я уже далеко от того места, с которого начался мой путь. Я не хочу даже оглядываться назад. Я боюсь увидеть за своей спиной моё прошлое. Там мало хорошего. Мне бы как можно скорее найти источник этого шума. Для меня это важно, хоть я даже до конца и не понимаю, почему. Я продолжаю свой путь.
Почему я здесь один? Как я оказался в этом странном месте? Может, стоит всё же обернуться назад и так мне будет легче понять это? Я взгляну на оставленные собой следы, и они приведут к месту начала моего пути. Нет, я не смогу снова идти старыми тропами. Мне бы хватило сил двигаться вперед.
Где теперь этот странный звук? Почему я его больше не слышу? Куда мне теперь идти?
Я двигаюсь прямо. Пробираясь сквозь снежные сугробы и поваленные деревья, я, наконец-то, увидел край леса. Теперь впереди только странная пустошь, покрытая снежным ковром, в центре которой стоит лишь одинокое дерево. С виду оно слабо. Кажется, что оно умирает. Я заинтересовался им. Мои шаги продолжаются. Вскоре я стою у его уходящего под снег основания.
Сквозь его кору что-то сочится маленькими, полупрозрачными капельками, недалеко скатывается в низ, и замерзает, превращаясь в иней. Я обхожу его по кругу. На его обратной стороне я увидел надпись, которую здесь когда-то вырезал беззаботный парень.
— Яника! — крикнул я.
Мой крик громким эхом разлетелся во все стороны. Из лесной гущи в небо взлетело облако черных воронов. Как же тихо они сидели на ветвях. Я и подумать не мог, что сейчас за мной наблюдают сотни птичьих глаз. Их крик оглушил меня. Я закрыл уши руками и упал на колени. Крик прорвался сквозь ладони и полной силой ударил по моим ушам. Я закрываю глаза.
Как здесь светло. Как же здесь тихо и спокойно. Я стою на берегу реки, вдоль которой разбросаны огромные камни. Среди них лежит разбитый колокол. Меня напугала эта необъяснимая картина.
Обходя камни, я подхожу к реке. Галька под моими босыми ногами необычно мягка. Я практически не чувствую её. Как же это странно.
Яника зашла в реку по колени. Я следую к ней. Под моими ногами плещется чистейшая вода. Её прохлада пробуждает меня. Меня с Яникой разделяют считаные шаги. Преодолел их, я положил свою руку на её плечо. Она обернулась ко мне.
— Что ты здесь делаешь? Я искал тебя, — начал я.
Она приложила указательный палец к своим губам. Спустя миг она убрала его, заулыбалась счастливой улыбкой, а её глаза засияли радостными искорками.
— Я же говорила, что ты найдёшь меня, — прошептала она, приблизившись к моему уху.
Она так прекрасна. Она так свежа и чиста. Я не в силах побороть соблазн. Наши губы переплелись в нежном поцелуе, который оправдал каждый мой решительный шаг.
На миг мне показалось, что я оторвался от земли. Открыв глаза, я увидел, что я действительно в воздухе. Подо мной река. Я вижу в ней отражение. Кажется, что это я, вот только выгляжу я не так, как прежде. Мне не верится в правдоподобность этой картины.
Я взглянул на свои ладони. Их кожа чиста и бела. На их фоне видны лишь сильно проступающие голубые и багровые вены.
Я снова смотрю в воду. Теперь там нет никакого отражения. На его месте поверхность воды покрыта листвой папоротника.
— Яника! — снова кричу я.
Вокруг так тихо. Внутри меня царит покой. Я снова закрываю глаза. Мне кажется, что я падаю. Я чувствую воду. Как же она чиста. Наверное, я никогда раньше не чувствовал себя таким живым.