На сей раз, я проснулся раньше безмятежно спящей Яники. Всё её сознание в удивительном порой царстве сновидений.
Удивительно: что же всё-таки за силы смогли её так изменить? Сама природа приложила руки, бесспорно, но я не способен так легко осознать этот очевидный факт. Исключением был вчерашний вечер, вечер, в который я находился в другом мире, в том мире, который состоит из всего того, во что мне нужно поверит, даже когда я остаюсь в прежней реальности.
Мне не хочется будить её. Я ещё какое-то время любуюсь ею и только после решаюсь вставать На часах четыре вечера. Мы проспали приличное количество времени. Через час с небольшим наступит вечер. В этих сумерках случится самое необычное и волнительно событие моей жизни.
Этот вечер определенно отличается от всех других. Я пытаюсь запомнить его, мне хочется уловить каждый его миг. Как же он прекрасен и в то же время таинственен. Глядя на всё вокруг я не понимаю, кто из нас с кем прощается.
Какая же чёткая картина. Наверное, я ещё никогда раньше не воспринимал столь объемно всё то, что происходит вокруг меня: ветер снова творит чудеса. Он неустанно волнует всё на своем пути. Даже самая низкая, совсем молодая трава, которая растёт в самых дальних углах сейчас в его власти. А эти облака. Как же нежно и плавно он гонит их по бескрайнему небу. Вихри яркой листвы улетают с ним куда-то далеко, выделяясь своей яркостью на фоне сгущающегося местами тумана, а порой и на фоне серого неба, сквозь которое изредка проглядываются самые первые в сегодняшний вечер звёзды.
Я волнуюсь. Мне хочется закурить. Я полез в карман за сигаретами. Дверь тихонько заскрипела. На террасу вышла Яника.
— Ты хочешь покурить? — пренебрежительным тоном спросила она.
— Да.
— Тебе действительно хочется тратить последние минуты этой жизни на то, чтобы наполнять свои лёгкие этим отвратительным дымом?
Я не знал, что ей сказать. Она ушла в дом, так и не услышал моего ответа.
— Действительно. Какая же это гадость, — произнёс я сам себе.
Смятая пачка сигарет летит в мусорное ведро. Я возвращаюсь в дом.
Яника переодета. В её руках небольшой мешочек со всем необходимым для сегодняшних дел.
— Я знала, что ты поступишь именно так, — весело сказала она.
— Курить вредно, ведь так?
— Да, — она поцеловала меня в щёку. — Одень что-нибудь более тёплое. Возможно, тебе придётся немного вымокнуть.
— Ты имеешь представления, что сегодня произойдёт?
— Имею, но я не имею представления, как это будет происходить, — ответила она.
Мы на месте. Утёс, на краю которого, словно стол, лежит большой камень. Вообще странно, как он мог сюда попасть. В иной ситуации я бы как следует задумался над этим вопросом, но сейчас я быстро выбрасываю это из головы. За краем обрыва озеро, второй берег упирается в покатистый берег, местами поросший соснами. Его тёмная вода спокойна. Ветер совсем стих. Наверное, он занял своё место перед сценой и готовится к зрелищу.
Мы с Яникой подошли к камню.
— Тебе нужно будет стоять здесь, и по моей команде ты выпьешь содержимо пузырька, — она поставила его на камень. Рядом с ним она разложила небольшие ветки какого-то дерева, а сверху них она насыпала какие-то травы. — Как только они начнут хорошо гореть — задуй их и дыши их дымом.
— Это случится перед пузырьком?
— Да. Дым от горения всех этих трав подготовит твоё горло к приёму зелья, — сказала Яника.
— Хорошо, я всё понял.
— Любимый, всё будет хорошо, — скорее успокаивая себя, чем меня, сказала он подрагивающим голосом.
Неудивительно, что сейчас Яника нервничает больше моего. Перед ней огромная ответственность. В её руках моя жизнь. Мы оба надеемся на то, что я благополучно перешагну в её мир, в котором мы сможем полноценно быть вместе. И только так мы имеем хоть какие-то шансы на то, чтобы защитить себя от идущего по нашим стопам Гвида.
— Я люблю тебя!
— И я тебе люблю, Аксей, — очередной нежный поцелуй, после которого Яника начала отдалятся от меня, попутно утирая свои слезы рукавом кофты. Я сейчас больше грущу от слез Яники, нежели о том, чем эти слезы вызваны. Даже нависшая над моей жизнью опасность заботит меня намного меньше, чем её слезоточащие глаза.
Яника отошла на достаточное расстояние. Какой напряженный момент. Я стою спиной к обрыву. Стало так тихо, что я начал слышать звуки небольших волн, прибивающихся к скалам. Ветер понемногу начал давать о себе знать.
Яника, наконец-то зашевелилась. Закрыв мокрые глаза, она медленно подняла руки к верху и свела их ладони вместе. В этот же момент пламя охватило лежащие передо мной ветки. Спустя полминуты они разгорелись вовсю. Я задуваю их. Вместо огня вверх начал подниматься густой дым. Я дышу им. Он слегка вскружил мне голову. Я поднимаю взгляд на Янику. Дым режет мне глаза, но, несмотря на это я вижу, как она показывает мне, что пора выпить содержимое пузырька. Я мигом открываю его. Последний выдох. Пустой пузырёк летит в сторону. Я снова смотрю на Янику. Во всю рыдая, она стоит на коленях, хватая руками сырую землю, а по её щекам медленно текут слёзы. Она мне что-то кричит, но я совсем ничего не слышу.