И всё-таки 30 октября на дублинском стадионе «Дейлимаунт Парк» наша сборная отнюдь не была обречена. Хотя бы потому, что два года назад пять футболистов из её состава (Пильгуй, Капличный, Ловчев, Федотов, Колотов) уже побеждали ирландцев на их поле. Да и остальные игроки основы тоже являлись признанными мастерами. Но!
«Мы не узнавали своих игроков, — сокрушался «Футбол-Хоккей» 3 ноября. — Ни всегда аккуратного и зоркого, а тут вдруг разбросанного, безалаберного Веремеева, ни Федотова, оказавшегося физически слабым и потому крутившегося на одном месте, ни Колотова, целиком ушедшего в дела оборонные и позабывшего про свои длинные шаги, так ловко выносившие его на свидания с чужими вратарями, ни Ловчева, обычно подсвеченного азартным внутренним пламенем, а на этот раз загоравшегося изредка и невпопад».
В интервью О. Кучеренко Бесков уверял, что все возможные шаги психологического свойства были им предприняты. Однако иного вывода, как тот, что ирландцы превосходили сборную СССР «в волевой готовности» (фраза из еженедельника «Футбол-Хоккей»), не сделаешь. На нашу беду, блестяще выступил Джон Гиле. Этот полузащитник являлся играющим тренером и сумел непосредственно на поле отменно организовать действия подопечных. Мощной, волевой команде такой человек для победы необходим. Хотя все три гола в наши ворота провёл центральный нападающий Дон Гивенс. Первый — на 22-й минуте после навеса в штрафную защитника Киннера — в прыжке, головой. Второй — на 30-й, когда Хейвей далеко выбросил мяч из аута, наши его неудачно отбили, Триси вернул к ближней штанге, откуда притаившийся Гивенс и пробил с лета, ногой. Третий — на 70-й минуте — организовал лично Гиле, чью подачу аккуратно использовал Гивенс, забив головой, в прыжке.
А что же наши? Безуспешно в общем-то отзащищавшись до первого гола, они попытались предпринять контрмеры. Блохин бил с линии штрафной, но выше. Ловчев прострелил справа, после рикошета мяч оказался у Федотова — удар с острого угла не застал врасплох Роуча. Причём мяч отскочил к Онищенко, тот ударил — вновь выше. Ещё можно упомянуть дальние выстрелы Матвиенко и Онищенко, которые принял на себя вратарь ирландцев. И это всё. В матче, в котором команда проигрывала, начиная с 22-й минуты, и в котором по идее должна была непрестанно атаковать.
Что же случилось?
Бесков в упомянутом выше интервью «Советскому спорту» назвал одной из причин усталость группы игроков из киевского «Динамо», которые провели шесть матчей за 21 день и не сумели восстановиться после состоявшейся 23 октября игры с немецким «Айнтрахтом» на Кубок Кубков. Несомненно, семь дней — достаточный срок, однако сказался фактор конца сезона.
Но основная причина крупной неудачи, разумеется, не в этом. Умные люди, в числе которых и Бесков, и Лев Филатов, и Виктор Понедельник, и Лев Яшин, хорошо понимали, куда катится советский футбол. Изумительный образ А. П. Старостина — «красная засаленная майка сборной» — как нельзя лучше иллюстрирует ситуацию начала 70-х.
В самом деле, кто у нас футболисты: профессионалы или любители? Если профессионалы, то отчего они тогда числились где-то и кем-то? А если любители — почему жили на порядок богаче большинства советских людей? О какой, с позволения сказать, воспитательной работе можно рассуждать, если деньги выдавались в конвертах? Если ведомственные и республиканские меценаты могли пообещать реальные золотые горы? В подобных своеобразных условиях даже нормальный футболист терял голову. Зачем (страшно сказать) сборная, если его и здесь неплохо кормят?
В такой ситуации тяжело заболел и внутренний чемпионат. Количество так называемых «странных» матчей всё увеличивалось и в конце концов превысило все мыслимые пределы. Дошло до того, что в 1972 году лучшим футболистом СССР журналисты признали Евгения Ловчева, чей «Спартак» занял в чемпионате... 11-е место. Искренне любящий футбол, яркий, незаурядный защитник показался людям живой фигурой среди кем-то давно и старательно нарисованных персонажей.
Проняло даже тех, кто не желал ничего видеть. В 73-м в целях борьбы с «договорняками» отменили ничьи, введя серии послематчевых пенальти. Уникальная находка просуществовала чуть больше года и была забыта как страшный сон.
То есть движение шло не постепенно верх, а неуклонно вниз. Бесков, безусловно, ситуацию понимал. Отсюда его пристальное внимание к низшим лигам. Где всё ещё присутствовали чистые душой, голодные до побед игроки. За них особо-то и не держались. Мол, так себе, обычная горная порода.