Сойжин рассказал, как он обрел эту силу. Он, оказывается учился быть мечником, очень любил подраться, и один раз он почти разрубил себе ногу при неудачном замахе. Как же его угораздило?! Главное, рядом никого не было, он предпочитал тренироваться самостоятельно. Понимаю его. Он сидел на траве, держался за ногу и жалел себя, в итоге почувствовал знакомое мне тепло в руках и увидел, что рана затягивается. Вот так силы и обнаружились.
– Понимаешь теперь, почему я тогда дал тебе возможность хорошенько испугаться за Нику? И неужели ты считаешь меня зверем, который допустил бы ее гибель? Я специально тогда придержал силы и не вылечил Сира до конца, все время поглядывал в вашу сторону, чувствовал биение Никиного сердца, был готов прийти тебе на помощь. При этом я знал, что все у тебя получится! – Сойжин говорил искренне, и мне стало ужасно стыдно.
– Прости меня, – виновато посмотрела на лекаря, – прости, пожалуйста, я же не знала.
Сама не понимаю, как так получилось, но я обняла его, а он обнял меня в ответ и чмокнул в шею. Мне было приятно в его объятиях и спокойно.
Мы стали заниматься каждый день. На самом деле научиться лечить не составило труда, стрелять было сложнее. Основная задача была – раскачать внутренний резерв, а для этого нужно было много физической работы и, как ни странно, приятных эмоций и впечатлений. «Это я возьму на себя», – как-то сказал мне Сойжин, загадочно подмигнув, а я таяла от его внимания, мне было очень хорошо рядом с ним.
Кажется, я влюбилась в двух мужчин одновременно и не знаю, кто из них мне нравится больше. Они оба очень сильно меня привлекали. Сложно было определиться и понять, кто из них для меня важнее.
Тренируясь с Сойжином, я успевала поглядывать в сторону Сира, когда он не видел, зато часто замечала Ванья. Она при всех обстоятельствах была постоянно рядом с главой и явно чувствовала мое внимание, но ничего не могла с этим поделать, хотя я как-то краем уха услышала, что она распускает обо мне слухи. Непонятно, правда, что именно она обо мне говорила, но явно ничего хорошего.
Еще я присматривала нам команду, нужны были хорошие стихийники, теперь я прекрасно осознавала, что команда – это те, кто прикроет спину. Если команда хорошая, то есть все шансы выжить в бою с гиблыми. Команды в клане были все укомплектованы, но во многих было больше атакующих, чем нужно, поэтому можно было кого-нибудь переманить без зазрений совести. Самым первым, конечно, к нам попросился Кнорт, они с Никой стали встречаться, она уже считала его своим женихом, а я все присматривалась. Как раз его участие в команде проявит все его стороны, тем более именно как стихийник он был хорош, мастерски управлял водой.
В команде практически одновременно с Кнортом появился Мансур – он был стихийником земли и поражал своими способностями управлять камнем, он поднимал такие глыбы. По его внешнему виду никак не скажешь, что он способный. Невысокий, невзрачный, но с очень добрыми карими глазами и с пышными усами. Голос у него всегда был мягкий и спокойный, мы с ним подружились после того, как он стал-таки моим первым пациентом и почти не испугался. Пока я лечила его рану на руке мы разговорились, Мансур поддерживал меня, сказал, что я лечу лучше Сойжина, на что тот закатил глаза.
Еще одним участником нашей команды должен был стать воздушник, они очень полезны в отряде, в основном помогают остальным, могут откинуть гиблого, чтобы дать возможность атаковать издалека, не рискуя попасть ему в лапы. В нашем отряде был очень подходящий стихийник воздуха: Азат, он веселый и легкий, как и его стихия, при этом всегда был серьезен, если дело доходило до дела. Он был моложе нас с Никой, но уже женат, его пара ждала малыша. Как раз его жена – Лоса и помогла уговорить его перейти в нашу команду. Мы познакомились с девушкой, разговорившись в один из вечеров после тренировок, она часто приходила за Азатом, чтобы потом вместе пойти домой. Говорили с ней еще до проявления древних сил, и она жаловалась, что боится потерять мужа, поэтому ей понравилась идея перехода Азата в нашу группу с сильным воином-защитником, а, главное, с лекарем.
Оставалось подобрать стихийника с огнем, конечно, иметь в группе стихийников со всеми разновидностями стихий вовсе не обязательно, но огонь против гиблых был самым эффективным. Никто из огневиков к нам не хотел, точнее их из групп категорически не отпускали. Ника даже поругалась с одним из лидеров команды из-за того, что она пыталась переманить их огневика. Чуть не подрались, пришлось Сиру разнимать.