— Да. Выбор был между Гриффиндором и…
— Когтевраном? — хмыкнул он. — Это слишком очевидно.
— Ну прям? — Грейнджер закатила глаза. — С тобой она даже не колебалась. Помню, что ты даже надеть её не успел, как она выкрикнула Слизерин!
Драко усмехнулся:
— Я почти в сотом поколении слизеринец.
— Потому что Малфой? — вырвалось у Гермионы, и она тут же пожалела о сказанном, потому как серые глаза потускнели.
— Мне недолго осталось быть Малфоем, — натянуто улыбнулся он.
Девушка обняла его, чувствуя, как напряжённое тело расслабляется в её руках.
Глава 14.
Родители не понимают, как много вреда они причиняют своим детям, когда, пользуясь своей родительской властью, хотят навязать им свои убеждения и взгляды на жизнь.
Феликс Эдмундович Дзержинский
После полудня обычно ученики проводили время в библиотеке, корпя над домашними заданиями. Но Малфой был абсолютно не настроен на выполнения доклада по ЗОТИ. Он лениво водил пером по быстро пишущей руке гриффиндорки, пытаясь отвлечь её внимание.
— Мне нравится твой новый стиль, Блейз, — отметила Гермиона вместо приветствия брюки насыщенного бордового цвета.
—
Красные
, — издевательски протянула Пэнси, окидывая взглядом обновку. — Потянуло на Гриффиндор?
— Тебя, кажется, больше волнует что под этими штанами, Пэнс. А не то, куда меня тянет, — подмигнул мулат, садясь рядом. — Хотя я обещаю, что буду слабо сопротивляться, если ты нападёшь.
— Ну-ну, не переживай, Забини. Я на малышей не нападаю, — съязвила слизеринка, и Малфой прыснул смехом в кулак.
— Ого, Пэнси в хорошем настроении в кои-то веки? Мне аж страшно. Хрен до чего доведёт Паркинсон в приступе радости, — он бросил на Паркинсон оценивающий взгляд.
— Ты нарываешься? Или твоя задница просто любит проблемы, Забини?
— Нет. Ванну с пеной, белые простыни и дорогое бельё, — хищно оскалился Блейз, и Пэнси закатила глаза.
«Эти двое — лучшая часть моей школьной жизни, пожалуй. Естественно, исключая её».
— Грейнджер, а ты просто нечто, — продолжил мулат. — Не понимаю, как Поттер с Уизли не стали отличниками. Я с твоей помощью освоил все пробелы в трансфигурации, — похвалил Забини.
— Моей заслуги в этом нет, — смутилась Гермиона.
— Какая скромность, — тут же скривилась Пэнси. — Милочка, в этом мире так себя вести нельзя. Об тебя ноги вытрут и пойдут дальше.
— Ну, а что тогда отвечать? — нахмурилась Гермиона.
— Будешь в долгу, — пожала плечами слизеринка, — Идеальный ответ.
— Вас что этому на Слизерине учат? — изогнула бровь девушка, сдувая со лба непослушный локон.
Драко автоматически поймал прядь и заправил за ухо, целуя в висок.
— О, Моргана, Малфой, уймись! Как майский кот в середине декабря, — возмутилась Пэнси.
Блейз с Гермионой рассмеялись, а Драко, закусив губу, попытался сдержать улыбку.
«Так выглядит
счастье
?»
«Я могу просто прикасаться к ней. Просто поцеловать её при всех. Могу увести её и заставлять потеряться от удовольствия. Могу принять с ней ванну и, завернув в одеяло, заставить читать мне её любимые книжки у камина. Могу просто быть с ней».
«И мои друзья рядом. Блять, у меня есть друзья».
«Да, наверно, так выглядит мой рай. Если он существует…»
— Ты делаешь доклад по ЗОТИ? — спросил Блейз у Гермионы, вытягивая голову и заглядывая в свиток перед девушкой. — Оборотни?
— Да, — не отвлекаясь от работы, кивнула она.
— Интересно, сколько особей водится в Англии? — задумался Забини.
—
Особей
? — возмутилась Гермиона.
«Ох, блять, Блейз! Сейчас её понесёт...»
— Ну… особей, — непонимающе протянул Забини, от чего на щеках гриффиндорки проступил румянец злости.
— Они же не животные! Это полноценные члены магического мира, обладающие чувствами и эмоциями. И я сейчас готовлю доклад о
правах
оборотней в магическом мире!
«Щёки краснеют, а на виске пульсирует жилка… а сейчас начнёт психовать и нос будет смешно дёргаться… Это, пожалуй, любимый момент феерии».
— Каких ещё правах? — теперь уже заинтересовалась Паркинсон.
— Вы в курсе, что никто из волшебного мира, кроме волшебников, не имеет права голоса в выборах Министра магии и не может оспаривать законы, принимаемые в магическом сообществе? Это же несправедливо! Вопиющее неравенство! — уже пылала гриффиндорка.
«Какой пыл в глазах. Карамельный оттенок становится чуть светлее при таком освещении. И ей подходит красный цвет её галстука».