— Ах так? А ну иди сюда, — игриво прорычал он и притянул её за лодыжку к себе.
«Обожаю эти моменты с тобой. Дурачиться так. Смеяться. Целоваться и обниматься. Я люблю это даже больше, чем секс».
«Блять, так глупо. Так по-детски. Но это слишком хорошо, чтобы остановиться».
— Драко, я сдаюсь, сдаюсь, — смеялась гриффиндорка. — Прости меня, мой дракон.
«Дракон?»
— Как ты меня назвала? — смутился парень, убирая пряди с её лица и целуя сладкие губы.
— Мой дракон, — сквозь поцелуй промурлыкала она, потеревшись носом о его щёку. — С такими большими крыльями.
«Какой же бред».
«И почему я улыбаюсь, как дурак?»
«Это же так глупо».
«Потому что это она».
— Знаешь, Грейнджер, ведь это ты мои крылья, — внезапно признался Малфой, смотря как в карамельной радужке отражается его лицо.
Он вспомнил, как они впервые запустили патронуса. Вспомнил, как горели её глаза, и каким счастливым он был в тот момент. Будто окрылённый.
— То есть если меня не будет, то твой дракон будет бескрылым? — неожиданно спросила она.
— Даже думать об этом не хочу, — он зарылся в каштановые кудри и почувствовал, как девушка прижалась к нему сильнее. — Ты обещала мне.
— Я помню, — прошептала она.
— Но больше не называй меня
так
.
— А то что? Влюбишься? — карие глаза блеснули озорством.
— Накажу, — прорычал он в ответ.
Они пролежали среди смятых простыней, окончательно насладившись близостью тел в пару раундов, пока внизу не послышались голоса старост.
— Я обещал Блейзу заглянуть в гостиную Слизерина. Буду поздно, — сказал Малфой, надевая брюки.
Он уже даже не отдавал себе отчёт в том, что всегда предупреждал её о своих передвижениях. Она не спрашивала, но он всё равно это делал.
— Ну, а я пока закончу доклад по ЗОТИ, — собирая вещи, откликнулась гриффиндорка.
Малфой заметил её довольную улыбку.
«Ей нравится, что я предупреждаю её».
«А мне нравится, что она будет меня ждать. Будет сидеть в обнимку с книгой в гостиной старост до самого моего прихода».
— Сегодня дежурят Чжоу Чанг и Эрни Макмиллан, — добавила Гермиона.
— Жаль, что Аббот вместе с подружкой съехали из Башни старост после измен мудака Макмиллана, — небрежно кинул Малфой.
— Не замечала как-то, что тебе нравилось их общество, — хмыкнула Гермиона.
— Фу! Нет. Мне нравилось наблюдать за их титаническим тупизмом.
— Ох, Мерлин, не паясничай! — закатила глаза Гермиона, выходя из комнаты. — Если встретишь Филча после отбоя, скажи, что тоже дежуришь, — подмигнула она.
«Грейнджер учит меня врать завхозу? Я точно плохо на неё влияю…»
***
Саундтрек:
Haroinfather— Forever
— Так, значит Слизеринский принц больше не отрицает, что влюблён в Грейнджер? — протянул Забини, растягиваясь на кожаном диване в гостиной их факультета.
— Я бы это так не называл, — покачал головой Малфой.
— Помнится мне, кто-то раньше жутко брезговал маглорожденными девушками. Или Грейнджер случайно вместо трансфигурации проштудировала порнокнижки? — усмехнулся мулат и отпил огневиски, — Чем таким могла соблазнить нерушимого Малфоя выскочка?
— Забини… — процедил Драко, ощетинившись.
— О, как всё запущено. Так она тебе реально нравится? — Блейз поставил стакан на стол и с интересом посмотрел на друга. — Колись, Малфой. Это не просто интерес к новому? Не чтобы насолить Поттеру? — чёрные глаза сосредоточились. — Ты втюрился?
— Нет, блять. Это не то. Я…
болен
ей, понимаешь? О Мерлин, это звучит убого, — он горько рассмеялся. — Но я правда болен ей. Кроме как херовой болезнью, это иначе не назовёшь. Болен ненормальной зубрилкой из Гриффиндора.
— Всё равно не понимаю, — покачал головой друг. — Что в ней такого? Ну, мордашка… симпатичная, просто я думал, в твоём вкусе аристократичные утонченные дамы.
— Да, утонченной дамой её не назовёшь… — вздохнул Малфой и откинул голову на спинку дивана. — Сплошная ходячая беда! Обе ноги левые, в этих бесформенных свитерах на два размера больше. Непослушная! Упрямая! В голове одни книжки. И что я в ней нашёл?
Забини нахмурился и с серьезным видом посмотрел на Драко:
— Нам типа сейчас надо…
поговорить
по душам? Ну… ты понимаешь, да… о чём я, — он прокашлялся. — Драко, я счастлив за тебя сю-сю-сю. Надеюсь, у вас будут такие кудрявые вредные детишки… бла-бла-бла, — он неловко рассмеялся.