— Это не так! — наконец, смогла что-то сказать Грейнджер.
Панический страх стремительно расползался по телу, заставляя мысли запутаться в лихорадочном вихре. Слова застывали на кончике языка, теряясь в ужасе.
— Да что ты, — издевательски протянул он. — Докажи.
— Доказать? Как? — непонимающе спросила Гермиона.
— Что ты можешь сделать, а? Я ради тебя должен отказаться от всех и всего, а ты? — ядовито выплюнул он. — Чем ты мне докажешь это? Почему я должен верить тебе?
«Что он такое говорит?»
— Любовь не нужно доказывать, — ошарашено крутила головой девушка. — Не понимаю тебя.
— Что непонятного? Я тебе
тоже
не верю. В любовь твою
не верю
, — горько усмехнулся он.
Пол будто начал кружиться, а ноги подкашивались. Кровь лихорадочно то полностью приливала в голову, то резко отходила. От этого контраста становилось плохо. Съеденный ранее завтрак начал подходить к горлу.
— Не говори так, — просила она упавшим голосом.
«Не смотри на меня так. Мерлин! Что же ты делаешь с нами?»
— Ну, и? Что, уже нечего мне сказать? У Грейнджер слов нет? Блять, а я думал такого не бывает, — он отвернулся. — Раз нечего сказать, то вали!
— Нет! Я не уйду! — вскричала она в ужасе. — Драко, ты не так понял. Насчёт крестража…
— Вот только не надо снова мне заливать в уши это дерьмо! Я сыт по горло! — взревел он. — Катись, нахрен!
—
Я никуда не пойду!
— выкрикнула она. — Я останусь здесь!
— Прекрасно! Оставайся. Уйду я, — выплюнул он. — Мне казалось, что между нами было что-то. Но, похоже, только показалось! — он гневно откинул чёлку, — Что ты ревёшь? Радуйся, блять! Ты обвела меня вокруг пальца, — стеклянные глаза смотрели отчуждённо.
«Но я не обманывала тебя! Я люблю тебя. И это правда. Я поверила тебе! Честно!»
— Стой! Дай мне сказать! — слёзы текли по щекам от обиды и несправедливого обвинения, когда она поймала его руку.
— Не прикасайся ко мне, — прошипел Драко, отталкивая её.
Гермиона не удержала равновесия и упала на пол. В этот раз сильная и уверенная рука не поймала её за талию. Серое облако золы взлетело вверх от падения её тела. Она подняла заплаканные глаза и сквозь пелену слёз увидела удаляющуюся спину слизеринца.
«Он даже не повернулся»
Железные двери захлопнулись, и тишину комнаты нарушали только тонкие всхлипы. Зола размазалась на лице, смешиваясь со слезами. А руки тряслись.
«Он не мог вот так уйти».
«Что значит, не верю в твою любовь?»
«Что значит, докажи…»
«Он даже не выслушал меня».
«Я ведь правда поверила ему. И взяла клык только для того, чтобы Гарри не вытащил его при нём. Чтобы не обидеть его. Я не собиралась его использовать».
«Он должен узнать это!»
«Я обязана ему это сказать».
«Мерлин! Почему в самый нужный момент в голове не находится ни единого правильного слова? Почему всё, что ты хотела сказать, и всё, что
должна
была сказать, приходит, когда уже разговор окончен? Что за дебильное правило…»
Гермиона на трясущихся ногах побежала к выходу. За дверью никого не было. Она мчалась по коридорам к башне старост.
«Он там? Где он может быть?»
В коридоре ученики провожали её взглядом. Растрёпанная, вся в золе и слезах, она лихорадочно рыскала взглядом, ища платиновые волосы. Но его нигде не было. Прошло уже больше двух часов, она искала везде, где только могла.
— Блейз, ты не видел Драко? — глотая слёзы, спросила Гермиона у парня, что вышел из гостиной факультета.
— Чёрт, Грейнджер, — его глаза расширились. — Ты узнала, да? Блять, — ругнулся Блейз.
— Не поняла, — заморгала она. — Что узнала?
— Так, подожди… Нет, ничего, — прокашлялся парень. — Что случилось? — спросил Блейз, окидывая взглядом девушку.
Слёзы снова захлестнули гриффиндорку, и она откинула все прочие мысли.
— Драко… Он не так понял меня. Он ушёл, Блейз. Он бросил меня, — рыдала она.
— Не может быть. Он бы не бросил тебя, — покачал головой Забини. — Поверь мне.
— Нет! Нет, ты не понимаешь. Я обидела его. Помоги мне найти его! Прошу! — взмолилась Гермиона.
— Так. Успокойся для начала. Давай посмотрим в вашей башне.
— Я уже смотрела там часа два назад, — отмахнулась она.
— Может, он уже вернулся. И тебе нужно привести себя в порядок. Не пугай народ, — похлопал по плечу Блейз. — Найдём мы твоего психа. Объясним всё. Давай, соберись!