— Это отнюдь не стало
основной
причиной, — мерзко усмехнулся Подрик Дэккери, блеснув лысиной. — Оборотни получили разрешение обладать волшебными палочками. Их утвердили, как полноценных граждан магического сообщества, и одарили многими другими почестями. Что до сих, по-моему мнению, глупая затея.
— К чему вы ведёте? — Гермиона встала со стула, сверкнув карими глазами.
— К тому, что вампиры получили меньше
прав
.
«Я знаю откуда растут ноги этих заявлений, скользкий ты тип. Вампиры дают тебе взятки! И ты продаёшь им информацию. Просто мы не можем поймать тебя за руку».
— Вампиры не обладают магией, а потому и палочки им незачем. Они не болеют, а потому и бесплатная медицинская помощь им тоже не нужна. Касательно
остальных
гражданских и избирательных прав — у них всё наравне с оборотнями! И, к сведению, в случае несогласия с принятыми законами, они могут отправить письмо в Министерство на рассмотрение, а не убивать ни в чём неповинных людей! — огонь пылал в девушке, и она, не мигая, смотрела на столь ненавистного мужчину, что был приверженцем старой, прогнившей насквозь системы Министерства.
— Убиты были
не люди
, а
оборотни
, — невозмутимо вставил Подрик Дэккери.
— По-вашему, они
—
не люди? — процедила Грейнджер. — Целая стая! Двадцать один человек! Среди них было пятеро детей… При активизации артефакта, что наглым образом был украден вампирами из поместья Малфоев, пострадали столько человек. Как оборотней, так и случайно оказавшихся рядом маглов.
— Вампиры опасаются, что их заклятые враги могут овладеть магией! — заявил Дэккери.
— Поэтому решили искоренить их, используя древние артефакты? Которые, между прочим, почему-то не изъяли у четы Малфоев.
Вы
были ответственны за рейд на Малфой-Мэнор. Как вы могли упустить наличие таких сильных магических вещей? — намекнула на взятку, что дал Люциус Подрику за молчание.
— Эти артефакты веками хранились у Малфоев. Кто-то продал информацию об их точном нахождении, — стальной голос Малфоя заставил гриффиндорку вздрогнуть изнутри, но виду она не подала.
«Даже если и голос стал грубее… но я всем своим существом ощущаю его…»
— Мисс Грейнджер, — начал Министр, что всё это время внимательно слушал. — Я согласен с вами. Министерству пора вмешаться. Дела хуже, чем я предполагал. Вам нужно разъяснить новое законодательство магическим популяциям, дабы не возникало конфликтов на этой почве. Мы стремимся создать равноправие, а не хаос, — Министр потёр подбородок. — Также артефакты должны быть найдены и конфискованы у вампиров. Дальнейшее их нахождение мы обсудим на следующем совещании. Насколько мне известно, двое оборотней выжили и сейчас находятся в больнице Святого Мунго. Начните с них. Может, они располагают некоторой информацией. Есть вопросы?
— Мы не нуждаемся в
посторонней
помощи, — сказал Гарри, намекая на Малфоя.
— А тебя никто не спрашивал. Это родовое наследие Малфоев, — прошипел слизеринец, кидая презрительный взгляд на Избранного.
— Я настаиваю, мистер Поттер! — отрезал Министр, на что Малфой самодовольно ухмыльнулся и развалился на стуле, уперев щиколотку одной ноги о колено другой.
— Грейнджер, есть хорошие новости? Успокойте нас, — тяжело вздохнул Министр.
— О, — неожиданно протянул Малфой, блеснув застёжкой ремня. — Снимайте штаны, господа. Мисс Грейнджер прекрасно умеет успокаивать.
Пауза. Казалось, что заявление, сказанное с явным пошлым контекстом, заполнило собой каждый миллиметр в кабинете. Воздух застрял комом в горле. Повисла звонкая тишина, и только представитель Коллегии по экспериментальным чарам неловко прокашлялся.
— Ну, всё, хорёк! Ты труп! — очнулся от шока Поттер, но Гермиона поймала друга за руку.
«Держи себя в руках».
— Видимо, мистер Малфой
забыл
, как вести себя в цивилизованном обществе. Прошу прощения у всех за его поведение, — бесцветно сказала Грейнджер. — Мою заявку на переименование «отдела регулирования магическими популяциями и контролю над ними» в «отдел урегулирования дел магических популяций» одобрили. Также спортивные состязания ещё в силе. Подготовка идёт полным ходом. Закон на принятие магических существ на официальную работу в Министерство уже на рассмотрении, — гриффиндорка старалась побыстрее дать отчёт и покинуть кабинет.
Она буквально ощущала, как большое помещение сжалось до размера спичечной коробки, в которой поместили её и позорное заявление Малфоя. Такое унижение она ещё не испытывала, разве что после суда Люциуса. Возмущаться и кричать при всех она не собиралась, пропустив мимо ушей его пошлость. Только так можно было дать понять, что её это не волнует. Хотя внутри неё неумолимо извергался вулкан в желании утопить к чертям слизеринца в этой лаве. Задушить его и прыгать на могиле с безумным смехом. Но на деле она сосредоточено давала отчёт Министру магии, старательно игнорируя напряжение коллег. Уверенно закончив отчёт, она всё ещё ощущала любопытные взгляды.