— Впустите дементоров.
— Что? — выдохнула Гермиона.
«Это переходит границы!»
Тёмные фигуры выплыли из своего угла, направляясь к блондину. В тренировочном зале повеяло холодом и мраком.
«Он умеет запускать патронуса. Его палочка с ним. Не переживай»
.
Однако слизеринец стоял неподвижно. Хмурился, когда смотрел на приближающиеся фигуры в тёмных капюшонах.
«Давай же! Что ты стоишь?»
Дементор уже повис над парнем, но он стоял неподвижно, когда Гермиона вскинула палочку и выкрикнула:
— Экспекто Патронум! — светящаяся выдра выскочила из древка и резво бросилась на тёмных созданий, унося их обратно.
Малфой отшатнулся.
— На этом хватит. Завтра в двенадцать в Атриуме Министерства, — нехотя сказал Гарри, поправляя очки на переносице.
«Ты перешёл границы! Этого можно было не делать!»
Блондин тем временем уже резко двинулся к выходу.
«Почему он не защищался?»
«Что случилось с его патронусом?»
«Почему он просто стоял?»
Ноги сами несли её по коридору за Малфоем.
— Подожди! — выкрикнула она вслед.
— Чего тебе? — рявкнул он.
Шторм серых глаз неистово бушевал. В них читалась боль. Он не скрывал свои эмоции. Впервые с их встречи.
«Что случилось?»
— Почему ты не запустил патронуса? Ты ведь умел… — спросила Гермиона.
— Больше нет.
«Он потерял что-то в себе? Что-то, что заставляло его ощущать себя счастливым настолько, чтобы запустить патронуса?»
Он смотрел на неё. В неё. В самое сердце, что болезненно сжалось в груди. Было невыносимо. Слишком больно. Она опустила взгляд на грудь, плечи и пресс Малфоя, что стоял, держа в руках футболку. По всему телу были шрамы. Незнакомые. Раньше их не было. Какие-то от когтей, какие-то похожи на ожоги. Одни были светлее, другие уже вжились рубцом в алебастровую кожу.
«Что с тобой было, Малфой?»
«Где и как проходил твой путь?»
— Это из-за того, что ты делал? — выдавила она, не в силах оторвать взгляда от шрамов. — Объясни мне…
Шаг. Второй. И он поднял её подбородок двумя пальцами руки. Взгляд. Всего один. Такой глубокий. В нём было столько всего, что Гермиона задержала дыхание, пытаясь понять, что именно. Но за их спиной послышались голоса отряда мракоборцев. Бах! И врата снова захлопнулись перед её носом. Пальцы выпустили её. Малфой отступил.
— Я ничего не буду тебе объяснять. Беги к своим друзьям. Ты же так хотела всех спасти, ну, так на! Подавись! Надеюсь, вы сгниёте вместе где-нибудь подальше от меня! — процедил он и отвернулся.
Это были почти те слова, что она сказала ему после суда отца.
«Он помнит их»
.
«Но он их заслужил!»
«Тогда почему он так злится?»
«Почему в глазах была боль?»
«Боже, Гермиона, не надо! Не лезь в это снова. Остановись! Хоть раз рядом с ним послушай свою голову!»
Она видела, как слизеринец трансфигурировал футболку обратно в рубашку и накинул её на плечи, когда повернул за угол.
«Но что значил этот взгляд?»
***
Саундтрек:
Shawn Mendes — treat you better
Гриффиндорка выдохнула от облегчения, когда ноги коснулись мягких тапочек. Целый день на каблуках давал о себе знать. Она снова задержалась допоздна. Время на часах близилось к одиннадцати, когда в восьмой квартире дома номер семь по улице Даунинг-стрит повернулся ключ входной двери. Беглый взгляд упал на знакомую мужскую обувь в коридоре.
«Рон? Он не ушёл с утра?»
«Пахнет чем-то вкусным»
.
С кухни доносились скворчащие звуки и аппетитный аромат. Она заглянула на кухню и увидела рыжего парня, что стоял к ней спиной, в той же белой футболке и джинсах, что и утром.
«Не уходил, значит»
.
Уизли облизал палец, пробуя на вкус сливочный соус. Улыбка невольно растянулась на её лице. Он так органично вписывался в эту кухню. Туда, где Гермиона обычно чувствовала себя гостем.
— Помочь? — спросила Грейнджер, опираясь о дверной проём.
Рон, кажется, не заметил её прихода, увлёкшись готовкой.
— Ох, ты ж! Напугала, — выдохнул он. — Не услышал, как ты зашла! Сегодня, кстати, раньше, чем обычно. Мне ещё минут пять, — он кинул взгляд на сковороду.
— Ты не уходил? — улыбнулась девушка.
— Мне нравится твой телевизор! — неловко рассмеялся Уизли. — Этот магловский футбол — нечто. Я хотел посмотреть всего ничего, а смотрю — уже стемнело. Ну, а там решил остаться с тобой на ужин.