Но мысли её прервала несущаяся к ним по воздуху светящаяся рысь.
«Патронус Кингсли?»
— В Министерство пришло приглашение на приём в имение Валентайна Романо для представителей отдела по правам магических популяций. Поттер и Грейнджер, я надеюсь, вы справитесь без шума и конфликта. Количество приглашённых не указано, а потому, Гарри, возьми Авроров,
на всякий случай
, и мистера Малфоя. Приём назначен на сегодня. Восемь вечера, Кентерберийский замок. Пароль от скрывающих чар: Вера Виртус.
— Так вот для чего тот вампир метнул кинжал в тебя, Гермиона, — задумчиво сказал Поттер. — Хотел навести шумиху, чтобы Романо успел подготовиться к нашему приходу.
— Вера Виртус… да уж, очень амбициозно, — хмыкнул Малфой.
— А что в этом такого? — спросил Аврор.
— Когда в мире волшебников вампиры называют себя
«истинной властью»
, это явно значит что-то большее, чем
«добро пожаловать»
, — ответил слизеринец.
— Это на латыни? — уточнил Поттер, подавая Гермионе носовой платок.
— Да, — кивнула она, поправляя волосы. — Может, приведём себя в порядок в том же отеле? — предложила она.
— Мы можем пойти и так, — пожал плечами Избранный.
— Это мания величия, Поттер? На званый приём в футболке и джинсах не ходят, — усмехнулся Малфой.
«Это как раз в стиле Гарри…»
Спустя два часа Гермиона смотрела на себя в отражении зеркала. Аккуратный низкий пучок на голове и вечернее платье в пол. Тёмный винный оттенок ткани повторялся и на её губах, а вырез на груди придавал закрытому платью с рукавами некоторую интригу.
«Гермиона, ты сдаёшь позиции с каждой его улыбкой. Так не пойдёт»
.
«У тебя замирает сердце, когда он ловит тебя за талию или отпускает шутки. Когда он смотрит этими своими глазами»
.
«Так что возьми себя в руки, наконец! Хватит быть такой ветреной!»
«Ты больше не одна из тех дурочек, что ведутся на его флирт. Не унижайся! Голову выше, спину ровнее!»
— требовала от себя гриффиндорка.
Она наложила на дверь номера три уровня заклятий. И на дверь ванной заодно. И, снимая одно за другим, причитала себе под нос, что это не паранойя, и она сделала это не потому, что боится снова оказаться с ним в номере наедине.
Однако, когда гриффиндорка открыла дверь комнаты и увидела в коридоре Малфоя, что лениво прислонился к стене напротив, сердце ухнуло к подолу платья и обратно.
— Боже! — она прижала руку к груди, пытаясь успокоиться.
Самодовольная ухмылка растянулась на лице слизеринца.
— Для тебя… можно просто Драко.
«Ну, конечно»
.
— Ты напугал меня, Малфой!
— Я даже не старался.
Чёрный костюм и чёрная рубашка отлично сидели на его фигуре. Как всегда. Классика стиля Малфоя.
— Зачем было стоять здесь?
— Решил проводить тебя до холла. Вдруг ты успеешь найти приключения на этом коротком пути, — ухмылка растянулась шире.
«Не смотри! Прекрати пялиться!»
«И опять эта дурацкая рубашка расстёгнута на три дурацкие пуговицы так, что видно этот дурацкий кадык».
«Боже, Гермиона, да отведи ты уже взгляд»
.
— Меня не нужно спасать, Малфой. Да и тут никого нет, — она оглянулась по сторонам.
Коридор отеля был пуст.
— О, Грейнджер, ты тот редкий тип людей, которых нужно спасать от самих себя, — подмигнул слизеринец, галантно протягивая ей руку.
Она вспомнила, как чуть сама себя не утопила в ванной старост, и едва заметно улыбнулась.
— Ну, вот видишь, я прав.
Гриффиндорка закатила глаза и, проигнорировав его жест, вскинула подбородок и быстро зашагала по коридору. Но высокий каблук и длинное платье не предполагали таких резких движений, и, как следствие, девушка, запутавшись в подоле, чуть не растянулась на ковралине насыщенного красного цвета.
— Семь шагов, Грейнджер. Это рекорд, — послышалось за спиной.
«Ну почему? Почему? Почему именно рядом с ним я попадаю в такие ситуации, а?»
«Годрик Гриффиндор, ты проверяешь меня на прочность?»
Она шумно выдохнула, когда длинные пальцы обвили её талию.
— Давай всё же исключим твоё фееричное появление, когда ты полетишь вниз по лестнице. Позволь мне тебя проводить, — вкрадчивый голос мелодично прозвучал у самого уха.
Она не нашла слов, подходящих для того, чтобы объяснить возмущение, что испытывала сейчас.
«Да ты же специально это делаешь!»
«Ненавижу тебя! Ненавижу!»
«Такой самовлюблённый! Такой напыщенный! Такой сексуальный! Такой… что?»
«Так, стой! Это-то тут причём вообще?»