Слизеринец не смотрел на неё, но Гермиона чувствовала, что это откровение далось ему сложно.
«Боже! Он перестанет заниматься теми кошмарами»
.
— Я очень рада, — искренне ответила она и поймала его недоверчивый взгляд. — Правда!
— То есть…
сейчас
ты можешь доверить мне артефакты?
В голове всплыла их стычка в первый день в Министерстве. Прошло всего пять дней, но для неё всё кардинально изменилось.
«Пять дней против пяти лет»
.
«Да уж! Гермиона, это поражение?»
«Но… я правда хочу, чтобы он прекратил заниматься этими ужасами»
.
— Да! Даже думаю, что лучше тебя кандидатуры не найти.
Серый омут глаз потеплел, когда парень улыбнулся.
— Что-то придумал насчёт защитных заклинаний? — спросила Грейнджер.
— Да. И появилась одна идея.
Малфой воодушевлённо рассказывал о новых чарах и о его желании организовать музей древних артефактов в Малфой-Мэноре.
«Он хочет начать новую жизнь?»
«Я надеюсь, что у него всё получится»
.
«Мерлин! Пожалуйста, пусть у него всё получится!»
— А ещё… Малфой, ты не думал сотрудничать с больницей Святого Мунго? Твои зелья… это же просто необходимо людям, — добавила она.
Слизеринец задумался.
— Я мог бы попробовать, — наконец, ответил он.
Гермиона подняла глаза и заметила, как на них исподтишка поглядывают бывшие однокурсники. Они кидали многозначительные взгляды друг другу. И она машинально слегка увеличила расстояние между ней и слизеринцем.
«Вы слишком близко»
.
— Солнце светит для нас ярче! Дважды в неделю видеть мисс Грейнджер в гостях! — послышалось из чащи леса.
Знакомые светлые волосы и потёртые джинсы.
«Блейк»
— пролетело в голове.
— Ты мне льстишь, — улыбнулась она, бросая взгляд на оборотня.
«Обязательно ходить топлес?»
«Это же не этично. Хотя что ты хотела? Ему не бывает холодно. Он почти не склонен к болезням»
— Как успехи? — спросил Блейк и кивнул в знак приветствия Аврорам.
— Мы с хорошими новостями. Вампиры согласны заключить мир.
Поселение Объединённой стаи было оживлённым. В этот раз их встречали не с опаской. Приятная суета. У длинных железных умывальников стояли оборотни, принимая утренние процедуры. В центре площадки, возле утёса, откуда выступал альфа, собирались мужчины и женщины, разминая мышцы.
— Куда-то идёте? — спросила Гермиона.
— Нет. Будет тренировка. Мы
пока
не колдуем палочками, а потому утренние и вечерние тренировки неотъемлемая часть повседневной жизни оборотня Объединённой стаи.
— Мы вообще-то хоть и колдуем, но тоже тренируемся, — вставил, видимо, задетый словами оборотня Симус.
Блейк сверкнул глазами.
— Сомневаюсь, что ты понимаешь, о каких тренировках идёт речь. Мы тут не лёгкой зарядкой занимаемся.
— Это вызов? — вспыхнул Симус.
— Если смелости хватит его принять, — растянулся в оскале оборотень.
— Ты говоришь гриффиндорцу про смелость? — Дин усмехнулся. — Мы останемся на вашу разминку и покажем мощь Авроров.
Блейк рассмеялся.
— О, я с нетерпением жду. Но предупреждаю! Без магии. Покажите, на что способны. БЕЗ палочки.
Симус похрустел пальцами, и они улыбнулись с Дином в предвкушении.
«Боже! Хоть кто-нибудь повзрослел?»
«Или все мужчины в душе дети?»
Шеврон принимал сотрудников Министерства в том же домике, что и в первый раз. Однако сейчас их встретил не грубый оскал, а что-то отдалённо похожее на улыбку и дружелюбие. Настолько, насколько это вообще, по всей видимости, было возможно.
— Мисс Грейнджер! Порадуете нас? — проскрипел альфа.
Помимо Шеврона и Авроров в домике было ещё трое оборотней. Двое сидели на подоконнике, один стоял позади альфы.
— Надеюсь, — улыбнулась Гермиона. — Но, если пообещаете, что в этот раз не станете кривить душой.
Шеврон нахмурил брови.
— Давайте… напрямую. Вы хотите голову Романо за убийство вашей дочери Джейд? — спросила Гермиона.
Она понимала, что это грубо, так спрашивать. Но дело и так было весьма запутанным, а потому на приличия времени не было.
Шеврон несколько мгновений сосредоточенно смотрел в карие глаза. И, когда Гермиона была уже готова повторить вопрос заново, он кивнул.
— Вы знали об отношениях Кристиана Романо и вашей дочери?
Снова тяжелый взгляд исподлобья. Он будто изучал ситуацию. Гермионе даже показалось, что он принюхивается. Было в этом человеке что-то животное. Волчье.