Прошло около двух часов, когда она, наконец, совладав с собой, доползла до кровати и, выпив горсть снотворных, укрылась с головой одеялом.
В комнате девочек никого не было. Но это только радовало гриффиндорку, потому что сейчас врать о том, что ей «хорошо», не получилось бы. Весь её вид кричал об обратном. Гермиона провалилась в сон. Тяжелый. Беспокойный. Полный кошмаров, боли и страха.
Утром, с первыми лучами солнца, она, быстро собравшись, вышла во двор школы. Ученики ещё спали, и пустота показалась Гермионе немного успокаивающей. Девушка села на лавочку и, обхватив руками коленки, положила на них голову. О завтраке думать даже не хотелось, поэтому, когда до первого урока оставалось минут десять, она направилась в теплицу. Первым уроком была Травология с пуффендуйцами.
Весь урок Гермиона была сама не своя. Всё путала и забывала. И это не ускользнуло от глаз друга.
— Эй, что с тобой? Ты точно в порядке? Ты и на завтраке не была, — переживал Гарри.
— Я просто приболела, — соврала Грейнджер.
— Давай я отведу тебя к мадам Помфри, — Поттер взял подругу под руку.
— Нет! Я в норме. Просто отосплюсь, и всё пройдёт! Не хочу пропускать уроки.
— Гермиона, — друг закатил глаза. — Ты со своими уроками, — но замолчал, когда гриффиндорка строго сверкнула глазами. — Хорошо-хорошо. Но если станет хуже, то я просто отнесу тебя в госпиталь! Кстати, я сегодня говорил с Малфоем. Его всё устраивает.
— Вот как? Но всё же на следующий месяц график составим вместе. Даже если его это и задело, он не сказал бы вот так, напрямую.
— Да, я тоже так подумал, — кивнул Гарри.
После Травологии была История магии, и последним уроком — зельеварение. Гарри везде ходил с подругой и переживал о её самочувствии.
«Как хорошо, что есть чары красоты. Увидь он меня без них, я бы уже давно ехала в больницу».
«Мне нужно это зелье. Нужно зелье, которое давал мне Малфой!»
«Я должна попросить у него».
«И что, ты каждый раз будешь бегать и просить у него снадобье?»
— Гермиона лихорадочно соображала.
«Что же делать?»
— этот вопрос безостановочно крутился у неё в голове.
«Он ведь сделал его сам? Значит, может дать рецепт. Я возьму рецепт и буду готовить его сама»,
— наконец решила она.
«После того, как ты наорала на него, вряд ли он вообще заговорит с тобой, да ещё и при свидетелях. Ты забыла, кто такой Драко Малфой?»
«Интересно, как сейчас он относится к маглорождённым волшебникам? Всё так же думает, что они грязнокровки? Или он пересмотрел свои взгляды?»
«В любом случае лучше будет сначала извиниться наедине и потом спросить о зелье».
Контрольную, которую дал Слизнорт, она закончила ещё в середине урока и всё оставшееся время думала, как и где поговорить с Малфоем. И тут прозвенел звонок, слизеринец двинулся к столу профессора, и Гермиона вскочила следом.
«Лови момент».
Оказавшись рядом, она едва слышно шепнула:
— Задержись на секунду.
Парень промолчал, будто вовсе ничего не услышал, но краем глаза она заметила, как медленно он собирается. Отвязавшись от Гарри, Гермиона ждала, пока в кабинете останутся только они.
Гриффиндорка неуверенно подошла к его столу и не решалась заговорить.
— Ну, и? Чего тебе? — нетерпеливо спросил Малфой.
— Я… была неправа, — вымолвила девушка. — Мне не стоило говорить тех слов. Просто всё как-то навалилось.
«Он сейчас просто тебя пошлёт! Это же Малфой! О Мерлин, плохая затея»,
— вопила она у себя в голове.
— Ясно.
«Ясно? И всё? Да что тебе ясно? В каком я отчаянии, тебе ясно?»
«Он спас тебя. Не забывай об этом!»
— вторило сознание.
— Я хочу тебе сказать спасибо, — она опустила голову и смотрела в носки своих ботинок. — Ты бы мог ничего не делать, но помог.
— Избавь меня от этого, Грейнджер. Это всё, что ты хотела сказать? — голос был раздражённым.
«Да, блин. Это всё. Заносчивый, высокомерный, надутый от самомнения!»
«Зелье! Тебе нужно зелье!»
— Нет! — выпалила она. — Если я могу чем-то помочь, то скажи. Я у тебя в долгу.
— Буду знать, — холодно сказал он.
«Да как я у него его попрошу? Это же, блин, Малфой. Нет! Найду другой способ!»
«Поблагодарила. Помощь предложила. Всё! Умничка! Топай теперь отсюда!»
Девушка кивнула и начала уходить, но перед самой дверью остановилась.
«Стой. Какой другой способ? Ты перепробовала всё, что можно за это лето! Других способов нет. Ты висишь на волоске. Признай уже, наконец. Ты
сломана
!»
— она обречённо выдохнула.
— Слушай, мне не помогало ничего, кроме того зелья, что ты сделал. Ты можешь дать мне его рецепт? — сказала Грейнджер неуверенно. — Пожалуйста, — выдавила она из себя.