Выбрать главу

«Он сказал свидание? Мерлин, удержи меня на ногах».

— Буду ждать, — Гермиона смотрела в его штормовые глаза.

      Малфой замер всего на секунду. А после обратился к Поттеру и Уизли.

      — Приятного аппетита, — холодно сказал он.

      — И тебе, — сухо ответил Гарри.

      — Приятного, — мягче, — Джинни.

«Получилось вполне себе нормальное общение. Выше ожидаемого».

Гермиона удивленно посмотрела на них, а Малфой уже удалился. Она переступила скамейку и села возле друзей.

      — Спасибо, — прошептала она.

      Поттер напряжённо посмотрел на неё и заправил за ухо её выбившийся локон. Джинни придвинула какао.

      — Это сложнее, чем я думала, — выдавила Грейнджер, не зная куда смотреть.

      Повсюду на неё были устремлены удивлённые взгляды. Внимание всегда жутко её смущало. Она не умела вести себя на публике. Совершенно не умела держаться уверенно.

      — Они скоро привыкнут, — буркнул Гарри. — Так всегда.

      — После обеда на школьном дворе, помнишь, да? — спросила Джинни.

      — Да, конечно, у меня будет около получаса до Древних рун.

      — А потом ты будешь с ним. Когда мы идём в твоём графике? — спросил гриффиндорец, натыкая сосиску на вилку.

      — Гарри… — виновато протянула Грейнджер.

      Джинни резко хлопнула парня по ладони. Голубые глаза сверкнули. Избранный секунду сверлил Уизли взглядом.

      — Ладно, — закатил глаза Поттер. — Скажи просто, когда освободишься, Гермиона. Не забывай о нас.

      — Я никогда… Хорошо.

      Гермиона обернулась и увидела, как Малфой дошёл до своего стола. Они с Блейзом ударились плечами в знак приветствия, и он сел к ней спиной.

«Неужели, мы это сделали?»

«Неужели, мы зашли за руку в Общий зал, и я чмокнула его в щёку?»

«Мерлин, поверить только!»

Глава 10.

Саундтрек:

Billie Eilish — When the party’s over

Надежда была бы величайшей из сил человеческой души,

Если бы не существовало отчаяния.

Виктор Мари Гюго.

Коридоры Хогвартса всегда были холодными. Но после длительного пребывания у камина в Башне старост идти по замку становилось особо неприятно. Драко посильнее запахнул пиджак.

«Надо было захватить мантию».

— Паркинсон, — раздражённо позвал Малфой. — Что ты только что устроила? Что за спектакль одного актёра? Какой, нахрен, верх айсберга?

      — А что? Выскочке достаточно было раздвинуть перед тобой ноги, и ты поплыл? — зло процедила она, останавливаясь.

      — Не смей, — предупредил её парень.

      — Фу, посмотри на себя, Драко. Ты же просто хотел её поиметь? Разве нет? К чему строить из себя рыцаря? Что ей не под силу признаться нашему-великому-спасителю Поттеру, что она легла под тебя? — девушка сморщилась.

      — Я тебя последний раз предупреждаю, — громче сказал Малфой.

      Но её будто только заводил его гнев ещё больше.

      — Скажи каково это? А? — нарывалась она. — Каково это трахнуть её после Уизли? После того как он потаскал её, после того как…

      Но Малфой не дал ей закончить. Бледные пальцы сомкнулись на подбородке, сжимая до хруста.

      — Ты мечешься, как ребёнок в истерике. Я вижу тебя насквозь, Паркинсон. Плюёшься ядом во все стороны, потому что тебя задели, — он сверкнул глазами. — Аббот, хоть и тупая на редкость, но попала в цель, чёрт возьми!

      — Ненавижу, — процедила слизеринка, и постепенно огонь в тёмно-зелёных глазах начал остывать.

      Малфой разжал пальцы и выпустил девушку. Она отпрянула от него и, шумно выдохнув, закрыла глаза. Он молча ждал.

      — Прости. Я не хотела говорить этого. Я… так не думаю, — наконец тихо сказала она.

      — Знаю. И тебе к сведению, у неё до меня никого не было, — невозмутимо ответил слизеринец.

      — То-то ты так светишься… Рада за вас.

      — Да, оно и видно, — с сарказмом отозвался Малфой. — Блять, холодно. Блейз говорил, что наши сегодня собираются в гостиной Слизерина. Пойдём?

      — Давай, — кивнула Пэнси, и они направились к подземельям.

      Гостиная Слизерина значительно отличалась от Башни старост. Комната будто насквозь пропиталась мраком и роскошью. Кожаные диваны стояли вокруг низкого дубового стола, а рядом камин, отделанный чёрным мрамором. На стенах висели портреты выдающихся выпускников Слизерина, что представляли собой аристократов с фирменным высокомерным взглядом. Они пафосно переходили из картины в картину, источая холодную надменность.