Дэл попыталась встать, но боль в ноге не давала этого сделать. Она скрипнула зубами с досады. В таких случаях обходились вонючими микстурами, но где их искать в доме Брайса? Она не знала. Бес подери…
— Ты кого дураком назвала…? — пробурчал хорошо знакомый ей голос.
Сердце замерло.
Она медленно обернулась на глупо улыбающегося Брайса. Покрасневшие глаза, пустой дом, запах спирта, да что-то ещё. Что-то явно произошло.
— Я обещала, и я вернулась.
Он улыбнулся, растрёпанный и совершенно разбитый, но от этой улыбки потеплело как-то. Наверно, Брайс был единственным человеком, которого и в самом деле радовало её возвращение.
— Месяца четыре прошло… — прокряхтел он и попытался подняться с пола.
Дэл удивленно приподняла брови. Так много? Почему она не заметила этого раньше? Впрочем, время никогда её особо не интересовало.
— Что с тобой случилось?
— А с каких пор тебя интересует моё состояние? — ухмыльнулся Брайс.
Она сжала кулаки. Придурок.
А потом она вспомнила собственные слёзы и произнесённое со злости: «я не хочу потерять ещё и его». Наверно, это она была здесь главной дурой.
— Лекс мне рассказал. Всё рассказал. Так что не юли тут.
Брайс тяжело вздохнул.
— Всё в порядке. Не забивай голову.
— Бес подери! "В порядке" выглядит совсем не так! — она вспыхнула от его слов, — Не держи меня за идиотку! Что такого произошло, что тебя потянуло рисковать?
В полутьме этой комнаты она плохо видела лицо Брайса. Зато в тишине, повисшей между ними после её слов, она услышала, как капли застучали о крышу дома. Начинался дождь. Кажется, к ним пришла наконец осень.
— Я слишком долго отсиживался в стороне, — наконец тихо проговорил Брайс, — Да и… ты когда-нибудь просыпалась и понимала, что это всё не имеет никакого смысла? У меня это произошло. И… я не знаю… я никогда не был таким смелым как ты, или Лекс. И… я не знаю, правда.
Он схватился за голову.
— Я даже никогда не видел, что там — за этими дурацкими Воротами.
— Ничего интересного, — проговорила Дэл.
— Возможно. Но я боюсь… однажды я умру от старости, ничего толком и не сделавший. Умру одиноким… ведь почти все мои друзья остались в том лесу.
Он опустил голову. Сердце защемило от этого вида, Дэл невольно придвинулась ближе, пытаясь не думать о вновь вспыхнувшей боли в ноге. Она даже и не знала, что она могла сделать.
— Я боялся, что больше тебя не увижу… — Брайс криво улыбнулся, — Я почему-то не верил в твоё возвращение. Хотел верить, но не выходило.
— Я всегда держу обещания.
— Знаю. Но ведь судьбе плевать на наши обещания.
Они снова замолчали, толком даже и не зная, что больше сказать. Дождь стучал по крыше. Смотреть на Брайса в таком разбитом состоянии было подобно пыткам.
— Я тоже боялась, что больше тебя не увижу. И… я не хочу больше… — она долго подбирала правильное слово, но в конце концов сказала первое, что пришло в голову, — Я не хочу больше покидать тебя.
Он поднял голову. Жаль, что в этой полутьме плохо было видно его глаза.
— Звучит как весьма оригинальное признание в любви, — она услышала его усмешку.
Она глубоко вздохнула, лишь бы снова не послать его к чёрту. Впрочем, глядя на этого уставшего от жизни парня, это желание исчезало. Пусть в очередной раз пошутит плохо.
— Да. Так и есть.
Звучало это как-то слишком жалко. Впрочем, они и были жалкими людьми, сидящими на полу в темноте, пока где-то там шла вечная война, которая началась ещё до их рождения и закончится лишь после них.
— Восхищаюсь твоей смелостью, Дэл. Мне до сих пор страшно сказать такое… — Брайс тяжело вздохнул, — Пока Майя однажды не сказала, что я её никогда не любил, и решился на женитьбу просто потому, что боялся остаться одиноким. Наверно, она была права. Надеюсь, она будет счастлива.
Вот что произошло между ними.
— Мы, наверно, все боимся остаться одинокими. И… ты можешь меня покидать, но я хочу, чтобы ты всегда возвращалась обратно.
Сердце ёкнуло.
— Звучит, как ещё более оригинальное признание в любви, — проговорила она, улыбнувшись.
— Ну… так и есть.
Глава 12. Сражающаяся
— И кто тебе так рану заматывал… — пробурчал Брайс.
— Ну явно не высококлассный целитель!
— Хотя мне интересней, откуда ты поймала огнестрельное ранение… но ты ж не скажешь, уж я-то знаю.
Она кивнула. Не стоило говорить о всей этой истории с Лексом. Многое не стоило бы говорить Брайсу, чтобы он не переживал понапрасну. Она сама могла разобраться со всеми своими проблемами. Только тревога не отступала, пусть и было всё спокойно — на улице до сих пор барабанил дождь, Брайс наконец нашёл чудодейственную мазь, от которой боль почти не беспокоила её, да и она наконец была в безопасном месте. Почему же какое-то странное чувство тревоги не отпускало?
Дэл тяжело вздохнула.
— Больно? — вздрогнул Брайс.
Она резко мотнула головой.
Громкие детские крики раздались за окном. Кажется, они решили побегать под дождём. В детстве Дэл тоже любила такие пробежки, когда капли бьют в лицо, а ты беззаботно смеешься. Пока остальные родители прятали детей по домам, наливали им горячий чай с плюшками, да запрещали им даже на крыльцо выходить, чтобы они не простудились, её дядя иногда забывал о её существовании, так что ей ничего не стоило выбраться и ночью, и в дождливый день на улицу, чтобы вдохнуть свежего воздуха и помечтать в очередной раз, как однажды она выйдет за пределы ворот и увидит огромный бескрайний лес, в котором она сможет окончательно почувствовать себя свободной.
Интересно, нынешние дети мечтают оказаться за воротами?
— Ты умеешь готовить яблочные пироги? — вдруг спросила Дэл.
Брайс приподнял на неё удивленный взгляд голубых глаз.
— Ну… Майя показывала пару раз… а что такое?
— Научишь меня?
Он пожал плечами
— Если сможешь устроить перерыв между вечными своими сражениями, то всегда буду рад.
Она усмехнулась, но ничего на это не сказала.
Наверно, в самом деле пора наконец разгружать своё время.
Крики детей стали громче, да только… она напряглась — крики изменились.
— Что за бесовщина? — проговорила она, — Можешь открыть окно?
Брайс отпустил её ногу, да пошёл в сторону зашторенных окон. Дневной свет ворвался в комнату, пришлось прищуриться — уж слишком неожиданно это вышло.
— Бес подери… там люди бегут куда-то. Кажется, что произошло.
Дэл резко выдохнула. Всё обязательно должно было пойти не так. Она попыталась вскочить, зажмурилась от вспышки боли, но сейчас она могла хотя бы её преодолевать. Спасибо высококлассному целителю.
— Твою мать, Дэл, ты серьёзно…? — и он тут же заткнулся, увидев её красноречивый взгляд.
Серьёзно. Не зря тревога её пожирала. Что-то должно было произойти. И она должна была с этим разобраться. Она закрепила на поясе ножны, проверила, как меч выходит из них, и улыбнулась плавности движения. В качестве второго сапога она нацепила тапок, который наверняка с неё свалится, но ничего лучше придумать она не могла. Надо было всё-таки забрать его из дома Лекса…
— Ты только вернись, пожалуйста! — проговорил Брайс торопливо.
Она повернулась к нему, сжала губы и проговорила уверенно:
— Я обязательно вернусь.
Виноватая улыбка на прощание, и она вышла из его дома, да пошла быстрым шагом в сторону главной дороги, от которой люди торопливо убегали. Что-то определённо происходило.
На их дорогу выскочил бес. На свету эта тёмная тварь выглядела не так страшно, как во тьме лесной. Она обнажила меч и рванула к нему с улыбкой. Лёгкое движение — и он остался позади неё с перерезанным горлом, истекать кровью. Она улыбнулась чуть шире. Она должна была сражаться — такова воля богини.
И Дэл собиралась её исполнить.